Если Дженнифер не разыщут в ближайшее время, то Дэмиен начнет мстить. И под горячую руку ему сгодится любой МакАлистер. Вы тоже.
– Я все-таки предпочитаю верить, что он не тронет меня.
– О господи, – покачал головой Харт. – Допивайте вино. Обо всем остальном подумаем завтра.
Я сунула нос в бокал: вино было чудесно, пахло фруктами и какими-то цветами. Горестных мыслей в голове становилось все меньше, и боли внутри тоже. Я была уверена, что когда допью бутылку, то где-то в нависшей надо мной темноте взойдет звезда.
– Я увидела пианино в смежной комнате, можно мне сыграть? – спросила я.
– Клянусь, что умею с ним обращаться."
"– Я знаю, что вы талантливая пианистка, – кивнул Харт, подхватывая наши бокалы и кивая в сторону комнаты. – Сыграйте что-нибудь, почему нет.
Я охнула, когда разглядела пианино. Это был роскошный винтажный инструмент из темной древесины. Я тронула клавиши – звук объемный и теплый. Верхние ноты – чистые, как кристалл. Басы – топкие и жирные, как густой шоколад. О, у этого создания был характер.
Оно становилось то нежным и выразительным, как девочка на первом свидании, то мощным и яростным, как отверженная женщина.
Я уселась перед пианино на стул и разогрела пальцы: сначала прошлась ими по нижним октавам: комнату наполнила вибрация, торнадо звука, крещендо, мощь. Потом двинулась к верхним октавам, выхватывая из клавишного ряда легкие, невесомые аккорды. Легко, словно кормить с руки птиц.
Музыка начала проникать в мои вены, словно обезболивающее. Отступила тревога и боль, страх и грусть.
Все, что я оставила позади, перестало меня волновать. Все, что ждало меня в туманном будущем, перестало холодить кровь. В музыке было спасение, в музыке был Бог. Меня унесло минут на двадцать: когда я закончила, стрелки на часах прошли треть круга. У музыкантов и наркоманов много общего: они легко теряются во времени. Я вдруг вспомнила, что не одна здесь, и оглянулась: Гэбриэл неподвижно стоял на том же самом месте, сжав два бокала, и смотрел на меня. Пристально. Словно я была голой.
Я медленно поднялась, подошла к нему, и он протянул мне бокал. Наши пальцы соприкоснулись.
– Ну как? – спросила я.
– Вы как будто забрали меня с собой на другую планету, – ответил он, по-прежнему разглядывая меня.
– Вам понравилось?
– Да, особенно последняя мелодия.
– Это пиано-кавер на песню «Бог – это женщина» Арианы Гранде. Слыхали ее?
– Да, – кивнул он.
– Я как-то услышала ее по радио и несколько дней трудилась над ее клавишной версией, почти не спала.
