Где тут среди других разумных Ганрей, я уже определился, да по свите, и сейчас только что засёк его смерть в тронном зале. Заметьте убит выстрелом бластера в голову. Одному ополченцу ногу прострелили, и тот падая нажал на спуск, выстрелив, и случайно тот попал в голову Ганрею что пытался спешно покинуть зал. Судьба. А вообще смертей во дворце хватало, бой шёл жаркий и дроидов прибывало, оттесняя наших к ангару. Пытались путь перерезать, но я не дал, оставив коридор для отхода к нам. Однако денег мне теперь не видать, может у предшественника Ганрея компенсации потребовать? Посмотрим.
Всё же тут не чисто Ганрей виноват, а вообще Торговая Федерация, и кто бы не стоял у неё во главе, тот мне и должен? Логично? Вот и мне нравится.
Когда в ангар стали забегать раненые и другие гражданские, мы уже были готовы, последним выскочил Квай-Гон и рванул к яхте. Все в оба судна не поместились, тем более от тронного зала к нам пробилась тридцать человек, половина раненые, поэтому полтора десятка гражданских и трое гвардейцев остались прикрывать наш отлёт, заняв разные позиции, и используя как укрытия любые предметы или технику, они готовились к последнему бою.
Оба своих бластера я отдал им, пополнения боеприпаса-то не будет, отстреляли один магазин, можно использовать другую винтовку. Оба судна уже поднялись и покинули ангар, с шестью истребителями, Кеноби тоже вылетел, а я вот не спешил, решил помочь группе прикрытия. Приподнявшись, развернул нос истребителя в сторону выхода и когда появились первые «дройдеки», ударил пушками, сбив им щиты и уничтожив.
Правда, едва ушёл от выстрелов других. Те и сбить могли. Однако четыре «дройдеки» я уничтожил и две явно повредил, их добила группа прикрытия. Только много дроидов было для них. Поэтому я Силу применил чтобы покинуть ангар, раздавил их, хотя парочка выстрелить успела, и вылетев, стал нагонять машину Кеноби, что поднималась не спеша, явно ожидая меня.
— Малыш, ты скоро? — услышал я вопрос того. По сети прозвучал, на которую настроены все истребители и наши машины.
Переговоры остальных, что уже рубились со «Стервятниками», слышали мы отчётливо.
— Угу, Старичок, слышу. Значит так, не будем пререкаться и членами мериться. Сейчас идём к «Барышникам», прорываемся к судам. Запомни, торпеда через открытый второй ангар в стену левого коридора. Это самое уязвимое место у судна, там незащищённый реактор. От попадания протонной торпеды судно может взорваться. Такие минусы у моего «Барышника», не думаю, что тут что-то изменено.
