Теперь от тебя отчётливо пахнет магией».
– Да, – согласилась я. – Отныне я Ассаи Видика.
«Да-а. Твой запах отныне сильно похож на его…», – в его голосе прозвучала застарелая горечь.
– Что случилось с ним?
«Предательство. Люди, которым он верил, убили его ради оружия. Я не смог защитить…»
Я протянула ему лепёшку:
– Мы не такие. Угощайтесь, тут всем хватит.
Горилла принюхалась, осторожно взяла хлеб своей огромной лапой. За его спиной я заметила движение – другие приматы тоже приблизились, привлечённые запахом еды.
– Сюда идут враги. Убивать и грабить. Я должна суметь защитить близких и Киару, – мелкая анаконда приподняла голову, её глаза сверкнули голубым светом, того же оттенка, что и полоса, идущая по голове и позвоночнику вожака горилл.
«Мы знаем. Чувствуем чужаков. От них несёт кровью».
– Поможете нам?
Могучий примат долго смотрел на меня, потом перевёл взгляд на Киару.
«Посмотрим, – наконец ответил он и, неспешно развернувшись, скрылся в зарослях. – Твоя змейка храбрая.
Как и ты», – донеслось до меня напоследок.
Вернувшись к своим, я обнаружила, что обсуждение всё ещё продолжается. Вишневский составлял списки необходимого. На столе появилась самодельная карта города.
– Нужно готовиться к худшему, – говорил дядя Стёпа, отмечая что-то на бумаге, я тихо пристроилась на каменной лавке. – Если придётся отступать в джунгли, то следует подготовить пути к бегству.
Я смотрела на друзей – уставших, но не сломленных, готовых сражаться за своё место под чужим солнцем, и понимала, что бы ни случилось, мы выстоим.
С эдаким настроем и такими храбрыми сердцами иначе и быть не может.
– Ладно, на сегодня хватит. Давайте по домам, время позднее, надо выспаться.
Алексей подошёл ко мне и тихо сказал:
– С возвращением, Ди. Я… мы все очень волновались.
«Он вс-сё это время приходил к дворц-су, – неожиданно сообщила Киара. – С-стоял и с-смотрел на окна. Долго».
Я почувствовала, как краска приливает к щекам. Под моим внимательным взглядом Лёша смущённо кашлянул.
– Спасибо, – прошептала я, и он, кажется, понял, за что именно я его благодарю.
«С-спать, – настойчиво прошелестела Киара. – Тебе нуж-жно отдохнуть».
Она была права. Глаза слипались, тело ныло, кости тянуло. Мама проводила меня до комнаты, дала мне какие-то таблетки и, укрыв пледом, легла рядом, крепко меня обняв.
– Отдыхай, доченька.
Киара свернулась у меня на груди тёплым клубком. Её присутствие успокаивало, прогоняло тревожные мысли.
