Рядом со мной люди, которые всегда подставят плечо, помогут, но самое главное, что они мыслят так же, как и я.
Завтра нас ждали и в приютах Эрлинга, ведь ни один ребенок не должен был остаться без внимания в этот светлый праздник. Особенно, если по воле судьбы он лишился родителей и семейного очага.
А дома приготовления шли полным ходом, и по «Вит Миднатт» плыли ароматы готовящихся к рождественскому столу блюд. Запеченная свиная грудинка, выдержанные в рассоле бараньи ребрышки, треска, вымоченная в щелочном растворе, рождественская колбасас добавлением гвоздики, семян горчицы, имбиря и мускатного ореха, запечённые яблоки с мёдом и орехами и карамельный пудинг — это лишь малая часть вкусностей, которые приготовили тетушка Лонджина и Сидни.
Даже на пороге появилась большая тарелка с кашей — угощение для троллей, которые обязательно должны были вылизать тарелку дочиста, а после благоволить нашему дому.
Перед тем, как сесть за стол, я выскользнула из столовой и, поднявшись в свою комнату, достала доску Уиджа.
Положив пальцы на планшетку, я посмотрела по сторонам и громко сказала:
— Кристайн, поговори со мной.
Планшетка тут же сдвинулась и остановилась на слове «Да».
— Здравствуй, — я улыбнулась в надежде, что она видит меня. — Я хотела сказать тебе спасибо и поздравить с наступающим Рождеством.
Мои пальцы поехали вместе с планшеткой, и я прочла: «С Рождеством, Астрид».
— Могу ли я что-нибудь сделать для вас? — спросила я, и маркиза тут же ответила.
«Будь счастлива, а мы останемся рядом.
Я, Харальд, Эйрик и малыш Тобби».
Ого! Значит, их здесь целая компания!
— Спасибо вам, — прошептала я. — Вы тоже моя семья.
В этот момент моей щеки коснулось нечто легкое и нежное, словно перышко пролетело и, послав воздушный поцелуй своим невидимым друзьям, я спрятала доску и вернулась к остальным.
Рождество — это тайна и настоящее чудо, благодаря которому я обрела смысл дальнейшей жизни. Это время самое загадочное и трудно объяснимое во вселенной.
Возможно, в эти волшебные мгновения все обнуляется и все существующие реальности сходятся в одной точке, когда возможно все. Главное верить и желать — в этом и есть магия Рождества, переместившая меня сюда.
ЭПИЛОГ*
Прошло пять лет и так же тихо, будто кошка на мягких лапах, приближалось Рождество. Эта зима обрушилась на Дорвегию такими небывалыми снегопадами, что сугробы уже достигали середины окон, и кроме танцующих вихрей ничего не было видно.
