– Извини, что без предупреждения, дело есть.
– Всегда готов, – сказал Брайдер.
Шманкевич отступил в сторону, пропуская соседа в гражданском, тонколицего, гладкобритого, с колючими, серыми, оценивающими глазами.
– Полковник Карбидов, служба безопасности.
Сероглазый кивнул, помедлил, но руку подал.
– Мы с вами земляки, капитан. Я из Анадыря.
Брайдер с любопытством заглянул в глаза полковника, но не прочитал в них ничего, кроме вежливого внимания.
– Я родился в посёлке Северный, учился в Анадыре.
– В первой гимназии.
Стало ясно, что Карбидов специально изучал досье командира «Грозного».
– Так точно.
– Я проделал такой же путь, что и вы, но на десять лет раньше.
На ум ничего не пришло, и капитан осторожно сказал:
– Давно не был в родных краях.
– Ещё побываете, – улыбнулся Карбидов.
Брайдер посмотрел на гражданских спутников начальника штаба, державшихся особняком.
– Это эксперты с заводов – изготовителей лодок, – сказал Синицын. – У них своя задача, они осмотрят трюмы лодки.
– Зачем?
– Давай поднимемся в твои апартаменты и поговорим.
Прикажи проводить спецов на борт.
Брайдер сделал знак старпому.
– Покажи.
По лесенке на корпусе рубки они поднялись на её покатую вершину, спустились через горловину люка в недра атомохода.
Дежурная смена дружно поднялась из-за пультов, стоек и экранов по жесту командира.
– Вольно, товарищи офицеры, – сказал Синицын, предложил Брайдеру: – Давай посидим в кают-компании.
Брайдер проводил гостей в довольно просторную кают-компанию, где одновременно могли обедать восемнадцать человек.
Сняли верхнюю одежду, расселись за столиком.
– Кофе? – предложил Брайдер, чувствуя себя не в своей тарелке. – У нас тут кофе-автомат установлен."
"– Не откажусь, пожалуй, – согласился Синицын.
Его спутники отозвались кивками.
Брайдер поманил кока.
– Всем эспрессо.
Молча ждали, пока молодой круглолицый матрос подаст кофе.
– Свободен, – отпустил его Брайдер.
Сосредоточенно взялись за чашки.
– Дело такое, капитан, – заговорил Синицын, сделав несколько глотков.
– Сфинктура «пять-пять», прими к сведению.
Брайдер сел прямее, не меняя выражения лица, отмечая внимательный изучающий взгляд полковника-земляка. Фраза начштаба означала, что речь идёт о высшей степени секретности предстоящего разговора.
– Поход в Чёрное море отменяется, – продолжал Синицын. – В связи с недавно вскрывшимися обстоятельствами тебе надо взять на борт батиплав «Краб», ты его видел, он рядом стоит, и отправиться к берегам Антарктиды.
