"
"– Ясно! – обрадовался Коган. – Я думаю, окружать это озеро у немцев людей не хватит. Да и незачем им окружать. Увидят, что парашютистов выбросили с самолета и атакуют. Кого перебьют, кого живьем возьмут. Слушай, Хевард, нужно костры зажечь на другом озере. И самим атаковать немцев, открыть по ним огонь и удерживать здесь, пока парашютисты-подрывники не будут в безопасности.
– Можно, – согласился Лунд. – Только людей у нас маловато. Здесь всего двадцать два человека: пятнадцать с базы «Ласточка» и семеро моих.
Да и как нам пробраться к своим на мыс? Единственный путь – по берегу отсюда, а внизу гитлеровцы. Если на мотоцикле объезжать, то только по дороге, но она выйдет слева к берегу, а там грузовик и автоматчики. А справа, так это километров пять-десять вокруг леса.
– В баке мотоцикла бензина много?
– Не знаю. Думаю, что литра три. А что ты задумал?
– Понимаешь, Хевард. – Коган положил норвежцу руку на плечо. – Сейчас война и все подчинено войне. А когда она кончится, тогда… Все будет по-другому, и жизнь начнется другая.
Все мы что-то теряем. Если мы откроем бензобак твоего мотоцикла, бросим в него две гранаты и столкнем вниз на немцев, то им будет не до нас. Мы сможем берегом пробиться к твоим товарищам на мыс. Другого выхода я не вижу. Нас просто подстрелят, когда мы побежим по снегу.
– Вот, значит, что ты придумал, – тихо произнес Лунд.
Норвежец молчал около минуты, глядя на озеро. Когану уже стало казаться, что частнособственнические настроения возьмут верх над здравым смыслом и общим делом борьбы против оккупантов.
Мысленно Борис даже попросил не разочаровывать его. Он ведь с таким уважением относился к этому человеку. Но что делать, если воспитаны норвежцы иначе, чем мы. Могут и мелкие интересы возобладать.
Лунд обернулся и хлопнул русского по плечу:
– Пошли! Мне твоя идея нравится!
До края леса, откуда начинался крутой спуск к берегу, мотоцикл докатили вручную. Немцы внизу окопались в снегу, установив два пулемета. Все они были одеты в белые маскировочные костюмы.
Несколько человек вели наблюдение за озером и небом, остальные грелись возле самодельных печек.
Лунд открутил крышку бензобака и качнул мотоцикл из стороны в сторону. В баке плеснулся бензин. Его еще оставалось достаточно. Коган приготовил две осколочные гранаты, выдернул из каждой чеку. Мотоциклу лететь до позиции немецких солдат пару секунд. Секунду или две на то, чтобы столкнуть его вниз. Запал в гранате горит 3,5–4 секунды. Все должно сработать.
