Они за минуту перебили охрану вокруг генераторных, и теперь был шанс оставить немцев без электроэнергии надолго. Где-то, совсем рядом, взревели автомобильные двигатели. Неподалеку от казарм тронулся с места и тут же встал грузовик. Он загорелся, ярко освещая все вокруг всполохами трепещущего пламени. Снова звук мотора, но теперь уже сзади. Коган обернулся и выругался: на полной скорости в их сторону летел колесный бронетранспортер. В верхней части открытого кузова за броневым щитком яркими вспышками сверкали пулеметные очереди.
Альвисс вскочил на ноги и тут же упал снова, пополз в сторону Когана. Но пулеметчик его, видимо, заметил, и несколько очередей прошли совсем рядом, фонтанчики запрыгали неподалеку от партизан. Неровности местности не позволяли немцу стрелять точно во время движения, он просто стрелял туда, где видел людей. Командиру было не поднять головы. Коган крикнул ему что было силы:
– Не двигайся! Я возьму его! Прикажи всем лежать!
Бронетранспортер шел мимо. Он двигался точно к генераторам.
Коган, прикрывая свою группу, находился в двадцати метрах в стороне. Немцы его не могли видеть. А когда увидят, будет уже поздно что-то предпринять. Это решение созрело в голове почти мгновенно."
"Борис вытащил из кармана две гранаты, выдернул предохранительную чеку из каждой и стал ждать. Вот бронетранспортер почти поравнялся с ним. Теперь вперед! Коган вскочил на ноги и побежал в сторону бронированной машины. Всего несколько секунд, чтобы сблизиться, чтобы бросок достиг цели. Взмах руки – и граната по пологой дуге полетела в сторону бронетранспортера.
Снова взмах, и вторая граната полетела туда же. Есть! Борис закричал во все горло от избытка чувств. Обе его гранаты попали в открытый кузов бронетранспортера. Туда, где стоял пулеметчик, туда, где у его ног сидел водитель и командир машины. Две гранты в замкнутом пространстве – это чудовищная сила.
Взрыв, и яркое пламя вперемешку с сизым дымом и какими-то ошметками полетели вверх, еще один взрыв – бронетранспортер прокатился по инерции еще несколько метров, а потом у него заглох двигатель.
Но пламени и черного дыма не появилось.
Коган решился на отчаянный шаг. Повесив автомат на шею, он побежал к подбитой машине, одним рывком взобрался на борт и успел бросить взгляд вниз. Трое убитых. На водительском сиденье орал и корчился немецкий солдат с окровавленной головой. Кажется, осколком гранаты ему сорвало кожу с лица. Коган короткой очередью добил раненого и схватился за пулемет. Цел, не пострадал.
