Атомный поезд

"

"Правда, здесь действовал особый режим секретности: отправленная корреспонденция перлюстрировалась и подвергалась цензуре, телефонные разговоры прослушивались и записывались на магнитную ленту, о чём сразу предупреждались все обитатели городка. Специальные электромагнитные поля блокировали работу мобильных телефонов, проводная связь имелась только в первом и втором доме, да и то действовала через коммутатор.

Должность командира отдельного дивизиона стратегического назначения по табели о рангах имела генеральский «потолок», и, хотя Булатов ещё ходил в полковниках, для него в глубине территории строился отдельный коттедж, огороженный забором и охраняемый часовыми.

Ухоженный дворик резко отличался от остального пространства части, как отличается всё генеральское от просто военного, но Булатов не собирался переселяться в генеральское жильё, пока официально не получит шитые золотом погоны.

В западной части территории, за забором из колючей проволоки располагались служебные и технические сооружения: вертолётная площадка, ангар со скоростным немецким «Стрижом», штаб, узел связи, служба радиопомех, начальник станционной службы и жилой дом для «чёрных автоматчиков».

Ещё дальше находились депо со вспомогательными локомотивами, платформами, товарными вагонами, цистернами, шпалоукладчиками, кранами и другой железнодорожной техникой, склады, подземные резервуары для топлива.

Ближе к северу находился главный сектор воинской части: сектор БЖРК.

Отдельное депо, отдельный бункер для боевого вагона, маневровый дизель, медпункт предрейсового обследования… Весь сектор, включая отдельную железнодорожную ветку, был окружён несколькими рядами колючей проволоки: и обычной «колючкой», и режущей «егозой». Как и внешний периметр, особый сектор был окружён минами, правда, сигнальными, не способными разорвать нарушителя на куски, зато гарантирующими сильнейший шок, возможно, ожоги и уж точно — самое пристальное внимание близлежащих патрулей.

БЖРК был главным объектом отдельного дивизиона стратегического назначения, вся жизнь гарнизона крутилась вокруг него и была ему посвящена. Непосредственно на атомном поезде, сменяясь, работали два экипажа, по шестьдесят человек в каждом. Ещё один экипаж был резервным: на случай внезапных подмен, болезней и отпусков. БЖРК почти всё время находился в рейсе, и каждый рейс был ответственным боевым дежурством.