Думаю, лишних движений делать ты не будешь, куколка.
Не будет.
Дрожащими руками Саша отыскала молнию, открыла сумку, нашла телефон, что всегда вставляла в кармашек, и, лишь взяв его, чуть оттопырила край повязки, мазнула пальцем по сенсору, открывая сообщение.
«На Ваш счет поступило 750000 руб…»
Всё. Он расплатился.
За девственность, которой нет.
Глава 6
Саша вернула повязку на место, отложила сумку, встала на колени и принялась раздеваться. Зачем заставлять Осетина повторять просьбу-приказ дважды?
Она постаралась абстрагироваться от происходящего.
Или следует поступить наоборот и сосредоточиться? Повязка ужасно раздражала. Она была из плотной ткани и не пропускала свет. У Саши закрались подозрения, что Осетин и вовсе не включал свет.
А ещё…
Создавалось впечатление, что она, Саша, не особо ему и нужна. Да, вот именно так.
То есть в представлении Александры те мужчины, что пришли в клуб с целью купить себе непорочную, чистую девушку, должны как-то к этому подготовиться.
Конечно, не шикарный номер с цветами и ароматическими свечками, ванна с душистой пеной и шампанским, но… не надувной матрас - это точно!
Платье оказалось снятым. Теперь дело за комбинацией.
В комнате раздавались и другие звуки, по которым Саша определила, что мужчина так же раздевается, причем, бросая вещи прямо на пол. Вот куртка упала. Вот бряцнул ремень, ударившись о ламинат или паркет. Хорошо, что хоть не бетонная плита, Саша и к этому уже была готова.
С комбинацией она самостоятельно справиться не смогла. Несколько крючков, что фиксировали белье за спиной, расстегнуть с завязанными глазами было невозможно. Испытывая физическое и моральное неудобство, изворачиваясь, как только можно, и, потерпев фиаско, Саша решилась попросить о помощи:
- Мне не расстегнуть…
- Я уже понял, - её бесцеремонно оборвали.
Легкое колыхание воздуха оповестило Сашу о том, что мужчина подошёл к ней.
Когда его руки опустились на её плечи, она невольно вздрогнула.
- Не дергайся. Всё будет хорошо.
Это он таким образом её пытается успокоить?
Саша сжала губы.
Его резковатый, даже грубоватый голос никак не способствовал благоприятному настрою. Напротив. Воображение Александры подкидывало одну картину красочнее другой. И то, как его называли в клубе, и то, что он проигнорировал её намёк представиться, не добавляло спокойствия.
