Или кинули под скоростной поезд.
Она предполагала, что та вспышка страсти, случившаяся в машине, будет иметь продолжение, но не вот так же сразу… Помыться хотя бы да покушать. Но у Осетина на первом месте были другие физиологические потребности."
"Саша уперлась лбом в дверь, радуясь уже, что её не прижали щекой. Наверное, это больно. И, наверное, будь она немного постарше, то замлела бы от такой шальной страсти, от осознания собственной власти над большим, сильным мужчиной, что его корежит и выворачивает всего от желания добраться до её маленького соблазнительного тела.
Сейчас она ничего подобного не осознавала, эмоции, захватившие её, граничили со страхом и какой-то робостью. Вчера – это вчера, а сегодня всё иначе.
- Когда ты спала, так и думал о том, чтобы свернуть на обочину, откинуть сиденье и перевернуть тебя попой кверху, содрать чертовы штаны и увидеть, какое белье ты носишь.
Его слова повторили едва ли не дословно её мысли, и Саша зажмурилась, радуясь, что он не видит её лица. Вместе с робостью её кожу опалил жар.
Всё-таки такое слышать… Невозможно остаться равнодушной.
- А ты спала! Мило сопела! И будить тебя было сродни преступлению! Ты знаешь, что когда спишь, у тебя соски съеживаются, принимают форму вишенки и призывно торчат? А я, черт возьми, с детства люблю вишню!
Тогда почему развернул Сашу спиной к себе? Этот вопрос едва не сорвался с губ девушки, она вовремя прикусила язычок. Ещё не хватало, чтобы он подумал… Стоп! Он же сам сказал, что она должна проявлять инициативу. Но не сегодня… пожалуйста…
Его дыхание обжигало.
Скользило по затылку и терялось на обнаженной коже шеи. Волосы Саши выступили преградой, и Олег их откинул, желая получить доступ к дурманящему телу. Он прижался к ней плотно, не оставляя между их телами ни малейшего пространство. Его вес ощутимо давил на Сашу, и сказать, что было приятно – сложно. Но и неприятно тоже не было. Это как балансировать на грани, что сейчас и происходило с Александрой. Если бы они встречались с Олегом, и он её распластал на двери, что бы она сделала? Оттолкнула его? Накричала? Или… поддалась?
Саша крепко зажмурилась.
Так… Представить, что они вместе. Что она по доброй воле поехала с ним. Что он имеет право прикасаться к ней, потому что это нравится не только ему, но и ей.
- Дрожишь, куколка? Я, мать твою, слышу, как бьется твоё сердце! Что – снова испугалась? Вчера ты была более смелой!
Он нашептывал грубости и скользил влажными губами по её шее, одновременно рукой отводя край блузы.
