Что там? Может быть так, что здесь находятся люди, организовавшие атаку на сто двадцатый сектор? Воображение рисует парней в тёплых куртках с автоматами и я невольно хмыкаю. Сомневаюсь, что тут вообще есть зимняя одежда.
Подхожу к раздаточной. Лотки пусты, никакой еды не осталось. Видимо этой хернёй давно не пользовались.
— Он покончил с жизнью, хотя мог сражаться. Поступок труса.
Слова енота заставляют удивиться.
— Ты же вроде сыпал тут самурайскими словами. У вас разве не делают сэппуку?
— Только если ты опозорил себя и предал своего сюзерена.
Не думаю, что у него был сюзерен, Брод-нодо.
В наушнике раздаётся тихий смешок Эйры.
— Значит наш командир для тебя сюзерен? Хозяин, да? Как у пса?
Да твою же женскую роту!
— Что я говорил по поводу препирательства и личного? Эйра — первый выговор. И лучше тебе не знать, что будет, когда ты наберёшь три.
Девушка хмыкает, но решает промолчать. Я же подхожу к одному из окон, выходящих на внутреннюю сторону и насколько получается, протираю его рукой. Осматриваюсь.
Вроде ничего странного. Какое-то подобие двора, со всех сторон окружённого зданиями. Не вижу никакого движения, да и трупов тоже не замечаю.
— Харр, Эйра — прикрывайте. Цнара, за мной. Посмотрим, что ещё тут есть.
Глава XXII
Оказавшись снаружи, кручу головой, сжимая в руках автомат. Потом шагаю вперёд. Справа и слева вытянутые постройки. Впереди, метрах в тридцати перед нами, ещё одна, которая их соединяет. Получается полностью замкнутый квадратный двор.
Судя по карте, которую выдал «контроллёр», нужно двигаться вперёд.
Но сначала было бы неплохо проверить помещения с флангов. Не хочется, чтобы потом в тыл ударил неизвестный противник, мимо которого мы благополучно прошли.
Анто я на всякий случай оставляю около двери, из которой мы вышли. По идее оттуда выбраться никто не должен, но когда спина прикрыта, мне как-то спокойнее. Харр и Эйра остаются во дворе, а мы с Цнарой поворачиваем направо. Сначала проверим эту конструкцию, потом ту, что слева. И двинемся дальше.
Дойти до выхода не успеваем — замираем метрах в семи от него.
Резон веский — в распахнутом дверном проёме появляется человеческая фигура. Стоит, покачиваясь из стороны в сторону. Вроде и разглядывает нас, но глаза какие-то странные. Мёртвые. У тех, что наверху, они тоже были не сказать, что живые. Но и на такие, как у этого типа тоже непохожи.
Вскинув автомат, делаю шаг назад. «Рысь» повторяет манёвр за мной, а неизвестный, одетый в рабочий комбинезон, бросается вперёд.
