По идее должен располагать полным доступом ко всей информации.
На этот раз даю команду голосом. Так всё-таки привычнее и проще.
— Убей всех, кроме участников моей группы. А старухе с кнутом только повреди ноги.
«Паук» немедленно мчится вперёд. Слышу испуганный вскрик первого «жреца», в корпус которого вонзаются лапы. А сам ковыляю вперёд. Затёкшие мышцы слишком медленно приходят в себя — меня всего дёргает от ощущения колющихся изнутри иголок.
Когда выхожу в кольцо света, бойня уже завершена. Металлическая «многоножка» застыла посреди изувеченных трупов.
В воздухе слышится мычание Цнары, которая пытается что-то показать мне глазами. Пару мгновений пытаюсь понять, что они имеет в виду. Потом даю команду роботу
— Вытащи эту «конструкции» из её рта. Только осторожно, не нанеси рану.
Тот срывается с места и ловко запрыгнув на кусок дерева рядом с её головой, выполняет операцию. «Рысь» немедленно начинает отплёвываться — слюна залила всю глотку. Потом слышится её голос.
— Оружие. Оно в соседнем помещении.
Второе направо после выхода.
Твою же мать. Стволы или девушка? Ковыляя дальше, рассматриваю конструкцию. Выглядит сделанной из настоящей древесины. Сам механизм простой, но у меня уйдёт солидный промежуток времени, чтобы освободить «рысь». Пустить в дело робота? Можно, но в данном случае задача несколько сложнее, чем просто разрезать верёвку.
— Брод-нодо, не знаю, где ты взял этого монстра, но я бы не отказался сбросить верёвки.
Поворачиваю голову на голос. Как минимум Харр здесь.
Уже что-то. Снова смотрю на робота.
— Освободи всех участников группы, кроме Цнары.
Теперь перевожу взгляд в сторону, откуда слышался голос енота.
— Скорее всего тут и Эйра с Анто. Найди их и приведи в чувство. Потом вытащите Цнару.
Из темноты слышится ответ.
— Слушаюсь, уэсама. Будет выполнено.
Опять пускает в ход самурайские словечки. А может просто назвал меня как-то непотребно. С енота станется.
Проходя мимо Цнары, вижу лопнувшую кожу на ягодицах. Рядом всё забрызгано кровью и ошмётками мяса.
Рыкнув, поворачиваюсь к старухе, которая валяется на полу. Робот похоже воспринял мой приказ совсем буквально — перерезал «жрице» сухожилия, лишив подвижности и оставил лежать.
Наклонившись, поднимаю кнут. Да, времени мало. Но ярость внутри пересиливает — её нужно выплеснуть хотя бы на одной цели. Я хочу лично выдать порцию боли, пусть она и будет небольшой.
Увидев моё движение, старуха поднимает руку.
— Великое небо покарает тебя.
