Авантюристы на всю голову, или Найти любовь, ограбить принца

— А вот эти точно настоящие, — вздохнул гном, глядя на девушек.

— Судя по перекошенному лицу рыжульки, Ральф всё же потерял единственную преданную поклонницу, — тихонько рассмеялась Циля.

Сейчас в этом грязном, оборванном создании было сложно узнать стройную красавицу, совсем недавно пытавшуюся переложить всю вину за сломанные порталы на капитана Алана и его людей.

— Я так больше не мог… — заметив нас, леди умолкла на полуслове и, гордо вскинув остренький подбородок, по дуге обошла наш отряд.

Молча, но воинственно шипя и дыша разъяренным драконом. Казалось, я видела даже пар, который валит из её ноздрей.

— Ой, ну надо же! Какие мы гордые, — фыркнула Циля ей вслед, — и эту змею надо запомнить. Чую с ней ещё хлебнем беды.

— Дамы, соберитесь, нам пора, — поторопил Аббас, поднимая сундук.

Теперь, когда мы передвигались по хорошо просматриваемой местности, сундуки тащили только он и Раймонда.

Циля придумала переложить содержимое самых массивных сундуков в просторные плащи и завязать их поясами как мешки. Не слишком изящно, зато удобно. С помощью этой уловки мы смогли сохранить все вещи.

А вот сопровождение рыжей невесты до такой хитрости не додумалось. Они бросили всё в лесу и вышли налегке.

Зато первый боевой отряд умудрился донести до замка аж девять сундуков! И тащили их именно леди!

— Меня смущает, что в лесу за нами никто не наблюдал, — неожиданно сказала Тина, — вам не кажется это странным? Такое впечатление, что Ральфу глубоко плевать, выживут ли невесты.

— Никто не мог погибнуть, — отрезал Мастер, — в лесу не было ни одного зверя крупнее зайца. И на болотах зачарованная трясина. В ней можно увязнуть надолго, но не утонуть. Но отсутствие слежки действительно настораживает.

— Настолько непредвиденное, что всё остальное померкло на фоне этого события, — продолжила я.

— Ставлю на приезд Трорина, — ядовито добавил Раймонд. — Если во дворце завелись гномы…

— Следите за языком… мадам! — Глорин возмущенно зашипел и замахнулся на альфу веером, вернее, его обломками, уцелевшими после лесного забега.