Эпилог Стражи у ворот"
"– Я позволю себе начать с приятных новостей, – сказал полковник Герасимов, по своей всегдашней привычке неспешно прохаживаясь вокруг стола. – Не вставайте, Алексей Воинович, мы оба в партикулярном, к чему… Так вот, примите мои искренние поздравления. Рассмотрев наши отчеты, государь оставил самые благожелательные отзывы, в том числе и касающиеся вас лично, после чего повелел наградить вас Анною второй степени. Примите поздравления. Анна на шее хоть и не имеет звезды, но все же весьма неплоха для ваших лет и чина.
Кстати, о чинах… Вопрос о внеочередном производстве мало того что внесен, – успешно решается. Мало того – получены депеши из Вены. За известные заслуги император Франц-Иосиф наградил вас рыцарским крестом ордена, носящего его имя. Не доводилось видеть? Красив, право… Я вас прошу, не вскакивайте и во фрунт не вытягивайтесь. – Он остановился перед Бестужевым и тонко улыбнулся. – Думаю, государь разрешит вам ношение сего ордена, тут не возникнет никаких проблем… однако по застарелому своему цинизму не могу не удержаться от подробностей.
Рыцарским крестом ордена Франца-Иосифа награждены вы и ваш знакомец граф Тарловски, однако, по моей информации, несколько сановников и высоких полицейских чинов Австро-Венгерской империи получили не в пример более высокие знаки отличия как раз за то, что героическими усилиями предотвратили покушение на его величество. Что ж, ничего необычного в том нет. Ситуация настолько привычна и для любой европейской державы, и для нашего любезного Отечества, что вам не имеет смысла таить обиды…
– Я и не собираюсь, – сказал Бестужев.
– Вот и прекрасно. Есть еще разговор, не столь приятный, быть может, но что поделать… Знаете, Алексей Воинович, когда вы проходили испытания, не числясь даже в кандидатском списке, некоторые были против вашей кандидатуры. Не стану называть имен, ни к чему. Но о мотивах упомянуть стоит. Так вот, вас, простите, подозревали в излишней романтичности. Ну как же, выпущенный в гвардейскую кавалерию способный офицер вдруг начинает требовать перевода на маньчжурский театр военных действий, соглашаясь на явное понижение, на службу в отнюдь не престижном Приморском драгунском полку.
Впоследствии, вернувшись с тремя орденами, неожиданно отказывается от гвардейской карьеры и подает прошение о переводе в Корпус жандармов. Кое-кто вас, повторяю, подозревал в романтических побуждениях, каковые несовместимы с серьезной службой.
