Свою машину Сёма одолжил родному брату, и нам пришлось идти до кафе, где проходил праздник, пешком. Расстояние было смешное – всего один квартал, но топать в удушающую жару в костюмах было мало приятного.
Семен зашел в магазин, чтобы купить воды. Поджидая его, я осматривалась по сторонам в поисках отражающей поверхности, чтобы поправить съехавший парик. У обочины стоял черный припаркованный кайен, и я удовлетворенно кивнула – то, что нужно. Подошла ближе, глянула в окно водителя и покачала головой, решив, что меня в таком виде даже родная мама не узнает.
Вернула парик на место и аккуратно подтерла смазанную от жары тушь.
Окно водителя, словно в замедленной съемке, опустилось вниз, а у меня внутри все сжалось, и колени предательски затряслись. На меня смотрел нервный мажор, чья машина спокойно стояла в гараже отца Семена. Взгляд Макара не предвещал ничего хорошего, во рту он снова перекатывал злополучную зубочистку, и я, не иначе как от большого ума, ляпнула:
– А позолоти ручку, мажор, погадаю! – и протянула ему ладонь, надеясь, что он не заметит, как она дрожит.
Макар хмыкнул, развернулся, взял с панели горсть карамелек и сыпанул мне в руку. Я машинально убрала их в карман и, кажется, приросла к месту. В горле пересохло. Уже в который раз посетовала на свое невезение… Почему все неприятности всегда липнут именно ко мне? Кандидатуры лучше не нашли?
– Гадай, – со смешком велел он, протягивая мне ладонь.
Провела по ней указательным пальцем – и меня снова, как и в тот момент, когда Макар передавал ключи от ауди, словно током ударило.
Я зажмурилась и заговорила, сцепив зубы и продолжая ломать комедию:
– Вижу… Вижу, что недавно потеря была дорогая! Не ищи – проблемы найдешь!
После моих слов Макар поперхнулся и вперился в меня подозрительным взглядом.
– Вообще сегодня из машины не выходи, – посоветовала я, – а то ждет тебя долгая дорога и дом казенный!
– Я тебя где-то видел, – сузив глаза, проговорил мажор.
– Не видел! – быстро ответила я и, отдернув руки, попятилась назад.
Резко развернулась и на негнущихся ногах потопала дальше, пока меня не узнали.
– А ну, стой! – рявкнул Макар, выходя из машины.
Я обернулась, встречаясь с ним взглядом, вздрогнула и… решила спасаться бегством.
– Это ты на гонках была! – обличительно ткнул он в меня пальцем.
«Глазастый какой», – мысленно съязвила я и со всех ног бросилась бежать, а мажор вместо того, чтобы прислушаться к словам гадалки, сорвался за мной.
