Его кайен, управляемый Ромашкой, а следом и машина Семена уже скрывались за поворотом. Мажор громко и грязно выругался и обошел машину с намерением выкинуть нас всех из ауди и таки продолжить заезд. Но в этот момент послышался звук полицейской сирены, и я рявкнула:
– Садись назад! Быстро!
Он оглянулся и, не теряя времени, прыгнул на заднее сиденье. И не успел захлопнуть дверь, как машина сорвалась с места.
Меня колотило, зуб на зуб не попадал, но я старалась сосредоточиться на дороге и отыскать где-то внутри ощущение тотальной безопасности.
Пыталась дышать ровно и не встречаться взглядом с Макаром, от которого буквально исходило негодование.
– Вот видишь, Влада тебя не обманывала! – наставительно заметила Аня, укоризненно глядя на него. – Сейчас всех гонщиков арестуют нафиг! У Стеши в руках план вашего перехвата, Фома ты неверующий! Так бы и настучала по глупой голове! Знаешь, как мы все за тебя переживали?!
– Влада, направо, – мягко направляла меня Стеша, не вмешиваясь в диалог Макара и Ани.
Тот молчал, но я затылком чувствовала его взгляд.
– Вот здесь налево и сразу направо, а потом прямо, никуда не сворачивая, – продолжала Стефания.
Вой сирен становился все громче. Я закусила губу и тихонечко взвыла, глянув в зеркало заднего вида.
– Влада, слышишь меня? – обратился ко мне Макар.
Его голос звучал ровно, обволакивающе, но сам мажор совершенно точно был дико напряжен и смотрел на мои ладони.
– Аня, включи музыку, – потребовал он спокойно, – Влада, слушай меня.
Все хорошо, ты в безопасности, слышишь?
Я могла только судорожно кивнуть, обгоняя идущие плотным потоком машины. Маневры всегда давались мне легко, но не тогда, когда где-то рядом была прорва полицейских, желающих нас арестовать!
– Дальше налево, – продолжала Стеша.
Резко вывернув руль, я перестроилась в левый ряд. Машину занесло, сзади кто-то истошно сигналил, но Макар продолжал спокойно что-то мне говорить. Я не разбирала слов, но потихоньку успокаивалась, словно окутанная его голосом.
Осторожно положив ладони мне на плечи, он принялся мягко поглаживать чувствительную кожу.
Адреналин хлынул в кровь, разбавляясь страхом и возбуждением, и я даже начала получать странное мазохистское удовольствие от нашего внепланового экстремального заезда. Или это близость и прикосновения Макара так на меня действовали…
– Сворачивай, – снова велела Стеша, зорко следя за дорогой.
Макар замолчал.
