Авиатор: Назад в СССР

А вот я уже пропускаю прямой удар в глаз, и Анька Краснова обрабатывает меня зеленкой. Пускаю авиационную модель самолёта и сажусь в кабину Як-18 — самолёта спортивного и настоящего. И снова удар.

— Серёга! Сергей очнись! Надя, опять он упал, — где-то вдалеке слышался хриплый мужской голос. Я попробовал разлепить веки, но получилось не сразу.

Надо мной склонилась баба Надя, а с ней рядом мужчина, выглядевший старше неё. Круглое лицо, покрытое множеством морщин, мощный подбородок, седые волосы и тот же добрый взгляд, что и у бабушки.

— Володь, может скорую. Щас только к соседям сбегаю. Полежи пока, сынок, — сказала баба Надя. Для меня это было странно. Зачем куда-то идти? Есть же мобильник. Или еще в этом мире не изобрели подобные гаджеты? Надо проверить, чтобы определить окончательно мое местоположение во временном пространстве.

— Да вы 112 наберите на сотовом. Так быстрее будет, — сказал я, однако на лицах стариков застыло недоумение.

— Что набрать? Это лекарства какие-то, Надь — «сотовый 112»? — спросил у бабушки мужчина, но она только пожала плечами.

— Ладно, — отмахнулся я. — Кто президент России?

Прям таки, читается на их лицах — что ты несешь, Серега? Мол, ерунду какую-то спрашиваешь. Кто ж не знает Владимира Владимировича…

— Сынок, это у империалистов президент. А у нас Советском Союзе генеральный секретарь Брежнев, — проговорила бабушка.

Во дела! Не уж то я реально в СССР? В теле подростка. Кому рассказать, не поверят. Ещё и в психушку загребут в одну палату с каким-нибудь Элвисом и Наполеоном.

Однако, если это Союз 1976 года, то буду лечится в компании Маяковского и Кутузова.

Старички помогли мне подняться с деревянного пола маленькой кухни и усадили за стол, где ещё стояла белая тарелка с каким-то синим узором. В ней лежали недоеденные мной сырники, а рядом стояла кружка в красный горошек с ароматным чаем.

Я ещё раз взглянул на присутствующих. Бабушка продолжала меня гладить по плечу, призывая вернуться к ним с небес на землю. С того света или с этого — непонятно.

Мужчина был одет в рубашку светло-серого цвета и рабочие брюки, вроде тех, что на заводе раньше носили. Телосложение крепкое, плечи квадратные, руки в шрамах, а на ладонях затвердевшие морщины. Этот старик явно согнет меня в бараний рог и не один раз.

А ведь я знаю, что передо мной мои бабушка Надя и дедушка Вова, с которыми живу сколько себя помню. Видимо, мое сознание раздобыло некоторые фрагменты памяти предыдущего владельца этого тела.