Автор её беременности

— А что ты сейчас сказал?

— Спросил, будут ли у НАС близнецы.

— Саш, ты мне очень нравишься. Я подумал, раз ты разводишься, и если твое сердце не занято, то… может, попробуем?

— Миш, я уже не в том возрасте, и не в том положении, чтобы пробовать.

— У меня самые серьезные намерения, Саша. Я готов жениться и воспитывать наших близнецов.

— Двойняшек, — поправляю я его.— Слишком рано Миш. Я еще не развелась и от тех отношений толком не отошла.

— Я понимаю. Готов ждать.

— Спасибо, Миш.

Хороший он парень. Не злой, как некоторые. Заботливый. И детей моих не требует абортировать, готов принять их, даже не интересуясь, кто настоящий отец. Но душа у меня ровно дышит к нему. Никакого трепета, волнения и всей этой прочей ерундистики, типа дрожащих коленей и тугого узла в низу живота.

Добираемся до кинотеатра. Миша покупает нам еще по одному внушительному ведру поп-корна и мы располагаемся в зале. Оказывается мы на премьере романтической комедии.

Через пятнадцать минут с абсолютно счастливой улыбкой слежу за героями уплетая кукурузу, и тут из сумки доносится настойчивая вибрация. Нахожу телефон. O, нет! Только не это! Ну, почему сейчас? Только не он! И трубку нельзя не брать — проигнорировала вчера и втык получила. Не будет же он меня дергать из этого удобного кресла и волшебного мира?! Или, как раз, поэтому и выдернет.

— Да! — тихим шепотом отвечает мой воробушек.

Заснула что ли? Не мудрено, устала к концу второго дня. Всё-таки я перегнул палку и завалил ее работой по самую макушку. Но не мог по-другому. Одна мысль, что она станет проводить свободное время с адвокатишкой, или не дай бог со слесарем, вымораживает во мне все человеческое и низвергает в водопад ревности.

— Где вы, Александра Филипповна? — ну нет, я не монстр, чтобы выдергивать свою синичку из кроватки ради удовольствия вновь лицезреть ее рядом с собой, в приемной. Пусть отдыхает тогда, жаль конечно, что не в моей кровати, но все будет. Непременно.

— В кино, — шепчет мое безумие, а я…

Ух, как же я зол! В одну секунду подгорело до немыслимых температур, — усвистела-таки птичка сколько я ее не предостерегал.

— С кем!? — рявкаю я.