Автор её беременности

Кручусь у огромных зеркал и так и этак, вожу плечами, чтобы создать иллюзию полета, буквально загипнотизированная ангельским атрибутом как маленькая девочка, и надо было чтобы именно в этот самый момент…

— Мы берем это! — с порога заявляет Руслан и размашистым шагом подходит ко мне.

Я пытаюсь стыд пиво прикрыть прозрачное кружево руками, но их, рук, не хватает, чтобы закрыть всё. Персонал магазина предательски удирает врассыпную — какие, блин, понимающие!

Тиран нежно, но решительно убирает мои руки от прелестей, располагая их «по швам».

— Мой ангел! — улыбается он, проводя по голым предплечьям вверх-вниз, внимательно наблюдая, как рождаются в его ласках миллионы крохотных мурашек и покорно следуют за его нежными пальцами.

Замираю в его руках. Просто наслаждаюсь его близостью, запахом одеколона, растворившемся в его собственном, мускусно-пряном. Его губы путаются в моих волосах, руки перемещаются к лицу и приподнимают, чтобы заглянуть в глаза, спросить разрешения, сообщить о решении, которое давно уже принял, а мне остается лишь сдаться, покориться его воле, либо… Сама притягиваю его и отвечаю на поцелуй.

— Что ты со мной делаешь? — приглушенно рычит он, подхватывая меня на руки, обвив ими талию и бедра.

— Руслан, — слабо сопротивляюсь я, — сейчас… это не безопасно!

— Да, я знаю, — обреченно произносит он, отпуская меня. — Ты такая сладкая, желанная, но я могу держать себя в руках. Детям умышленный вред приносить не собираюсь.

Он отступает, любуясь мной, смятенный, дрожащий, трепетный.

Мне не привычно видеть его таким. Где тот рычащий тиран, самодур и не признающий ничего кроме своего удобства и мнения бездушный барин? Я не знаю, куда это всё делось, но тот мужчина, что сейчас стоит передо мной, не имеет ничего общего с прошлым Котовым. В нем столько заботы, трепета… нежности во взгляде? Неужели я ничего не понимаю в мужчинах?

— Мы берем это всё! — громко сообщает он консультантам, давая понять, что наша аудиенция окончена.

В Париже мы провели еще один прекрасный день. Всё утро гуляли по набережной Сены, добрели до Лувра, полюбовались на «Мону Лизу», окруженную плотной толпой туристов, пообедали в уютном ресторанчике рядом с «Гранд Опера».

Во время прогулки по садам Тюильри он и затеял этот разговор:

— Саш, надо что-то решать с нашими отношениями.

Я и сама понимаю, что надо. Для себя всё решила с самого начала — поработать до декрета и уехать рожать к маме. Но теперь…

— Саш, без одного уточняющего момента, я принять решение не смогу.