Автор её беременности

А теперь дай мне с ним в Германию прокатиться! Уж там-то точно я его не упущу!

Аллочка, девочка, а ты часом не только спятила, но и охренела! Нет, конечно у нас с Котовым все сложно. Нет, не так, всё АРХИсложно, но просто так давать тебе возможность уводить отца моих детей из под носа я не позволю!

— Саш, ну скажи, что тебе лететь нельзя!

— С какой стати мне нельзя? — уже искренне возмущаюсь тупой топорной наглости куклы с резиновыми мозгами.

— Ну типа плохо себя чувствуешь, на сохранение надо и так далее, сама придумай! Я же тебя потом не брошу, после декрета! Как стану Котовой, так и тебя не забуду!

— Может мне прямо сейчас в декрет уйти? — едва сдерживая гомерический хохот, вопрошаю я.

— Это было бы идеально, котенька! А может, правда уйдешь, а? — подбегает она ко мне и усаживается на подпокотник кресла, выставляя голые ноги на показ. Тьфу! Мне-то зачем? — Котик на тебя реагировать перестанет и наконец, меня разглядит. Я его на колечко раскручу, а потом тебе отдам. За работу. Уйдешь, а? — а глаза ну точно как у одного небезызвестного кота, полные неподдельной надежды.

Интересно, а что произошло бы с мозговой системой Аллочки, если бы она узнала, что не только лютый Руслан Сергеевич проявляет ко мне интерес, но и молодой босс Игорь Орлов читает моему животу сказки по вечерам, время от времени…?

— Александра Филипповна, уже восемь! Вам пора! — нехотя выпрямляясь от меня вздыхает босс, — далее мы уже с кхм… младшей помощницей будем как-то управляться, — а у самого такой вид, будто сейчас ему предстоит пробовать блюдо из червяков.

Так и хочется позлорадствовать, что мол видели глазки, что брали, ешьте теперь, хоть повылазьте, но босс очень уж несчастен, так что не буду.

— Да-да, Сашенька! — тут же встревает Аллочка воодушевляясь перспективами провести время с вожделенным телом до позднего вечера, — Иди, мы уж с Русланом сами.

— Сергеевичем! — буркает Котов, закатив глаза.

— Что, простите? — хлопает веером искусственных ресниц прелестница и подходит к начальству так близко, что тот, отшатываясь, вновь наваливается на меня.

— Забыл кое-что вам показать, так вот… — и опять зарывается носом в мою макушку.

А мне хоть под стол провалиться — так надоело постоянно изо дня в день ощущать весь его вес, придавливающий меня то к своему креслу, то к его, когда он сажает меня на боссово место, объясняя, как заполнять нужные ему формы. И вроде вот в открытую не лезет, как в день принятия Аллочки, но постоянно и очень ощутимо «лежит» сверху на мне.