Сейчас он забыл про все эти ситуации. Не было их! Одно было для него сейчас важно – что, оказывается, он думал о ней все это время, о ней, об этой нелепой женщине с неуловимой, летящей по бледному лицу улыбкой, от одного воспоминания о которой заходилось сердце!
Его руки запутались в цветном платке, накинутом на ее плечи. Плечи вздрагивали от горького плача, и платок сползал с них на пол, цепляясь за его руки. Он выпутал руки из платка и притянул Варю к себе. Она обхватила его за шею и заплакала еще горше. Он не знал, как ее успокоить, потому что не знал, от чего ее надо успокаивать.
Он чувствовал такое счастье от того, что она обнимает его за шею и ее плечи вздрагивают под его руками, что ему хотелось, чтобы это не прекращалось никогда. Невозможно было в это поверить, но это было так.
Варя всхлипнула последний раз. Потом посмотрела ему в лицо, снизу вверх, и на ее лице выразилось такое смущение, что все оно покрылось алыми пятнами.
– Ох, боже мой!.. – воскликнула она. – Ну что ж я такая дура?
Тут Александр почувствовал, что сейчас расхохочется.
Он даже с облегчением это почувствовал – иначе сердце разорвалось бы от счастья, которое наполнило его так неожиданно.
– Думаете, дура? – с трудом сдерживая смех, спросил он.
– Ну конечно, – смущенно кивнула Варя. – Вы пришли, а я реву.
Тут уж он смех сдержать не сумел. Варя на секунду приложила ладонь к его груди, как будто послушала, какой он у него внутри, этот смех, и тут же отдернула руку, словно обожглась.
– Не обижайтесь, Варвара Андреевна.
– Александр быстро отер слезу, которая скатилась у него по щеке – конечно, от смеха. – Просто мне весело стало. Я и засмеялся.
– А я испугалась, – смущенно улыбнулась она. – Мне показалось, это не вы пришли, а… Ну, неважно! Говорю же, дура.
– Почему? – Он покачал головой. – Любая испугалась бы. Дом ваш на улице последний. Мало ли кто забредет! Что ж вы дверь не запираете?"
"– Забыла. – Смущение стояло теперь в ее глазах, заполняя их светлым туманом. – Я, знаете, как только в этот дом попадаю, так обо всем сразу же и забываю.
– Ну и правильно, – кивнул Александр. – Хороший у вас дом.
– Да вы проходите! – словно опомнившись, воскликнула Варя. – Что же я вас на лестнице держу? Проходите, пожалуйста. А обеда у меня и нет… Хотите чаю?
Чаю он не хотел. Ничего он не хотел – только смотреть на нее и слушать, как счастье колышется у него внутри. Как вода в северном озере. Он любил те озера и часто вспоминал их уже много после того, как уехал с Севера.
