– А об семью член вытирать нравится?!
Услышь Александр это от кого угодно другого, он просто развернулся бы и ушел, и разговаривать дальше не стал бы. Но он привык мыслить здраво в любом состоянии, поэтому сознавал, что Юля, пожалуй, имеет право выражать сейчас свои чувства каким ей угодно образом. Он, конечно, надеялся, что это выражение будет более спокойным, но мало ли на что он надеялся. Что ж, следовало сделать так, чтобы их объяснение прошло по крайней мере быстро.
– Юля, не злись, – сказал он. – Мы с тобой Ромео и Джульетта, что ли? Жилось тебе со мной неплохо, ну, и дальше ты неплохо будешь жить.
Только без меня.
– Хорошенькое дело! – Голос жены все больше срывался на крик. – «Как раньше, только без меня!» Да какое же это как раньше, а?! Дураком прикидываешься? Или меня за дуру держишь?
– Ну что тебе во мне, Юля? – вздохнул Александр. – Мы с тобой давно уже… параллельно живем. Неужели не замечала?
– Замечала или нет, тебя не касается, – отрезала она.
– А кого касается?
– А хотя бы детей!
– С детьми я сам поговорю.
Потом.
– Конечно, потом! Сейчас потрахаться не терпится. – Юлины глаза, до сих пор яркие, зло сверкнули. – Вон, аж ногами перебираешь, так к сучке своей торопишься. Говорили же мне, все говорили: следи за мужем, не давай, чтоб налево ходил! А я, дура: ничего, он у меня с умом гуляет. Нате, догулялся от большого ума! Вот где тебя надо было держать!
Она выставила перед собою и сжала округлый кулак; побелели костяшки, обычно почти невидимые под мягкой кожей.
Александр знал, что жена заслуживает сейчас его понимания и жалости. Но жалости он не чувствовал, а понимание, все яснее проступавшее у него в голове, было сродни лишь недоумению.
«И вот это была моя жизнь? – не только с недоумением, но даже с изумлением думал он. – И вот так она шла семнадцать лет и могла идти себе, идти и… пройти? Да чего же ради-то?!»
То неосмысленное, но чем-то задевшее ощущение странности происходящего, которое он уловил в себе утром, когда Аннушка сказала: «Саша, я выйду за тебя замуж», – теперь улетучилось совершенно.
Он все сделал правильно сегодня утром. Он вывел свою жизнь из сферы убогого существования и произнес те единственно правильные слова, которые были для этого необходимы. А потому женщина, которая вся была задор и азарт, ответила на них так, как ответила.
– Да что с тебя взять! Ты и не понимаешь даже…"
"Юлин голос прозвучал так, будто она поперхнулась. Александр вздрогнул и посмотрел на жену.
