Принца качало, из носа по подбородку у него текла кровь, капилляры в глазах полопались, но его злость на самозванца нельзя было не заметить.
— Ах ты, мр-разь! — ругнулся липовый наследник и Даин рухнул на колени и закричал. Закричал страшно, больно, так, как только что орала Люба.
Из каких-то дальних закоулков души собралась ярая ненависть к этому франтику, который сейчас убивал принца. Девушка рванула неисправные наручники, магическая плеть создалась сама собой. Еще мгновение — и путы оплели голень самозванца, рывок — и франтик едва не опрокинул стол, схватившись за него в попытке удержать равновесие.
Крик прекратился, Даин лежал на полу, тяжело дыша.
— Хватит! — хлестко сказал самозванец, — я не собираюсь его убивать.
Подойдя к Любе, он довольно грубо поднял её за плечи и усадил на стул. Темно-карие глаза уставились на девушку. Она чувствовала, будто её сознание заполонили тысячи маленьких жучков, их крохотные лапки копошились повсюду. Любу передернуло от отвращения, и тут же пришло понимание: франтик — менталист.
Сильный, не чета Ариху.
— Отпусти её, — сипло прошептал Даинор, — она не нужна тебе. Я останусь. Я не буду пытаться сбежать. Прошу тебя, отпусти девушку.
На принца было страшно смотреть: все лицо в крови, руки в крови, прокушенная, опухшая губа, красные белки глаз от полопавшихся капилляров. Люба подозревала, что сама выглядит не лучше.
— Нет, не отпущу, — довольно ответил менталист, — она интересная, пожалуй, намного интересней, чем все остальные. Штучный товар. Да, ты и сам понял.
Правда, разгадать её не сумел. Она — единственная, кто так и остался для тебя загадкой.
Самозванец потрогал свой набухавший на виске синяк. Люба со злорадством отметила, что Даинор все же его отделал. В руке лжепринца сформировалось целительское заклинание, и синяк мгновенно сошел.
— Давайте договоримся, — предложил франтик, — Даинор, я лечу её, а ты больше не рыпаешься. Согласен?
— Да.
С длинных пальцев менталиста потянулись белые нити целительской силы, они оплели лицо, шею и плечи девушки, снимая боль и принося облегчение.
«Вылечи его, — мысленно попросила Люба, зная, что самозванец её услышит и поймет, — я не буду тебя проклинать» Она уже поняла, что пытаться что-то сделать втайне от такого менталиста не получится.
— Как вы одинаково думаете! — издевательски рассмеялся франтик, — но я согласен.
Через минуту принц выглядел почти нормально. Только кровь, пропитавшая воротник рубахи и заляпавшая пол, говорила о том, что тут недавно случилось.
