А чего грустить? Я жива, молода и здорова. А то, что у нас есть нечего и бытовые проблемы изо всех щелей лезут, так это можно постепенно исправить. Руки есть? Ноги тоже. Голова на плечах тем более! Значит, придумаю выход.
Тихонько поднялась и положила в карман свой бессменный ключ. На цыпочках, чтобы никого не разбудить, направилась к выходу, но задержалась у места, где, вытянувшись во весь рост, на спине лежала пожилая леди, а под её боком притулилась девочка. Малышка грелась под двумя платьями, одно из которых, должно быть, забрала у прабабушки.
Я сняла с себя шерстяной платок, которым укрывалась ночью, и накинула на пожилую леди. Без него стало свежо, и, чтобы разогнать кровь, я пробежалась вниз по лестнице, выскочила на улицу и присела несколько раз, радуясь, что колени не ноют и не скрипят, как несмазанная телега.
Мимо пролетели пичуги, и я проводила их внимательным взглядом. Мэйра опять будет нос воротить от моей стряпни, но я считала, что сейчас нам не стоит брезговать ни змеями, ни птицами, ни яйцами (если повезёт их найти).
Беднякам выбирать не приходится, ведь кушать хочется всегда!
— Хороший завтрак, — заметив, что птицы скрылись в кроне дерева и затихли, я быстро прокралась к нему и, положив ладони на шершавый ствол, посмотрела вверх. — Цыпа-цыпа-цыпа…
В детстве я неплохо лазала по деревьям, но не упражнялась в этом уже лет пятьдесят. Получится ли у меня сейчас?
— Конечно, — не сомневаясь, я закатала рукава. — Опыт не пропьёшь и не проешь!
О том, что лазать по деревьям в длинной юбке не очень удобно, я догадалась слишком поздно.
Примерно на уровне своего роста. Глянула вниз, и вдруг закружилась голова.
— Что такое? — Испуганно прижалась к стволу. — Никогда не боялась высоты! Или это от недоедания? Ох, не хватало грохнуться в обморок с размаха… То есть с дерева. Кто-нибудь! Помогите! Я здесь, на дереве!
— Леди? — услышала приятный мужской голос. — Зачем вы залезли на дерево?
— Рассветом любуюсь! — сопротивляясь несвойственной мне дурноте, раздражённо проворчала я.
— Мужчина, не чешите мне нервы, помогите даме слезть!
— Уже налюбовались? — хмыкнул он и, судя по ощущениям, коснулся моей щиколотки. — Прошу прощения, но мне придётся дотронуться до вас. Не сочтите за грубость.
— Прошу прощения, но если вы будете действовать так медленно, то мне придётся упасть на вас. Не сочтите за хамство!
— Теперь я получил ваше разрешение, и не стану испытывать ваше терпение.
Он цепко ухватился за мою лодыжку, а другую руку положил на мою попу.
