Багровые ковыли

Лишиться даже повозки с тягловой силой…

– Этот человек оказал нам несколько важных услуг, о которых я не хочу распространяться, – сказал Павел главным образом Грецу. – Мы дадим ему справку с печатью, с ней он доберется до Одессы. А дальше – его дело.

– Без денег в Одессу? – усмехнулся Миронов. – Это все равно что в море без шлюпки. Одесса почему-то не признает граждан без денег.

– Контра! – сказал кто-то из пушкарей. – Про что болтает? Или не знает, что деньги в Республике вот-вот отменят?

Грец одобрительно крякнул.

– Но не в Одессе, – заметил «граф».

– А вы продайте одесситам Эйфелеву башню, – посоветовал Кольцов.

– Увы! Уже давно продал! И обязался поставить ее на Биржевой площади!..

Теперь речь Миронова вызывала смех, на что он, видимо, и рассчитывал. Смеющиеся люди не расстреливают.

– Ну вот что! – сказал Кольцов. – Нам некогда слушать байки. Грец, выдайте ему справку о том, что этот… э-э… товарищ Миронов оказал содействие в снабжении нашей воинской части… и расписку в получении волов и соли.

– Вы что же, действительно хотите его отпустить? – спросил Грец с угрозой. – Вы всех задержанных собираетесь отпускать? Это у вас правило такое? Ну-ну!..

– Вы получили приказ? Выполняйте! – строго сказал Кольцов, и Грец понял, что время пререканий кончилось.

Грец насупился, стал писать справку. У него у единственного была печать. Несомненно, он хотел довезти Миронова до штаба Правобережной группы как живое свидетельство собственной бдительности. И опять этот странный чекист Кольцов встал на его пути.

И не подчиниться нельзя. Грец помнил, как в свое время ему досталось за самоуправство на дороге к Мелитополю, и в результате он оказался на этой зачуханной станции, вместо того чтобы работать в Штаарме. Ладно, Кольцов, еще не вечер!

Грец выдал Миронову требуемые справки, но просто так оставлять это дело он не собирался. Он отправится вместе с батареей в Берислав. Там Эйдеман, там Землячка, люди зоркие, настоящие бойцы революции. Они этого Кольцова сразу раскусят. А ему, Грецу, только пусть намекнут, уж он-то сам разберется с полномочным комиссаром.

Много их было, своевольников. Кого судили, а кого и так… по-тихому, не возбуждая лишних толков.

– Надеюсь, я вас больше никогда не встречу, – пряча справки поглубже под одежду, сказал на прощание Миронов Кольцову. – А то, не ровен час, в следующий раз вы окажетесь королем Артуром или каким-нибудь капитаном Копейкиным… Я постараюсь забраться в такие края, куда вас не занесет никаким ветром.