Байки нефтяного Севера

Днем-то в гостиницу не захожу, обедаю на месторождении, либо, если в поле выезда нет, в столовой соседней с нашей конторой автобазы. А по всем этажам ""Северной"" самые обыкновенные квартиры-распашонки: кухня, ванная, сортир, большая комната проходная, в ней три-четыре кровати, стол, стулья, тумбочки. И маленькая комнатка, куда вторую койку не вставить никакими мерами.

Вот в ней я и поселился. Перевез из-за той самой ЭВМ стопку книжек и чемодан с барахлом, поставил на тумбочку наркомовскую бакелитовую настольную лампу, установил свой замок вместо казенного и еще изнутри пристроил шпингалет для большей приватности, приколотил, как советует классик, гвозди куда надо, чтоб уютней выглядело.

Повесил фото жены и сына плюс карту мира для украшения интерьера. И живу, действительно, как падишах. Раз в неделю плачу за номер, а в конце месяца сдаю квитанции в нашу бухгалтерию при служебной записке и получаю компенсацию. Уют, конечно, получается военно-полевой — но ведь знал же, что еду на фронтир. В большой комнате люди постоянно меняются, то фоторепортерская команда из ""Огонька"", то шофера ""Магирусы"" перегоняют с Большой Земли по зимнику, то снабженцы, то свой брат научник приехал внедряться на промысла. А я все тот же.

Успел несколько раз в дальние командировки съездить: в Тюмень пару раз, в Краснодар, ну, это, естественно, через Москву. Объяснил жене ситуацию и официально пообещал, что если до лета с квартирой не решится — то сколько можно? Тогда обязательно и больше с таким идеями, насчет фронтира, уже возникать не буду.

А в основном езжу по месторождениям. Больше всего, естественно, приходится работать на Самотлоре. Работа оказалась достаточно интересной и, как выяснилось, жутко скандальной. Мерил я, сколько горит газу на факелах, а выход оказался на липу в госстатистике и на качество разработки пластов, так что невдолге оказалось неожиданно много людей и контор, сильно недовольных моими работами. Включая собственное начальство в чудном городе Краснодаре. Ну, об этом когда-нибудь после.

В данном случае важно то, что понаездился я тогда вдоволь: и по бетонке, тогда еще без асфальтового покрытия, так что машина подпрыгивает с плиты на плиту, как по лестнице, и по зимнику, и по лежневке, то есть, по уложенным в полотно дороги стволам, сверху присыпанным грунтом. В радиусе километров сто ни одной площадки подготовки не было, где бы я не побывал, с проботборниками и трубкой Пито-Прандтля, которой и мерил поток газа в факельных трубах.