Её большие крылья тянулись за ней, словно подол свадебного платья, но цвет имели не белый, традиционный у людей, а насыщенно-красный. Как кровь. И если у самцов от головы тянулся длинный гребень, колючий и опасный, то морды самок венчали бугорки лишь напоминающие шипы, как у Сизокрылой.
Приготовила угощение, ощущая, как от волнения перехватывает дыхание. Драконица заметила нас, повернула к нам морду и шумно втянула воздух, раздувая ноздри. Золотые глаза с вертикальным зрачком завораживали: в них отражалась я, такая маленькая и хрупкая, но отчего-то невероятно красивая.
И когда Алая уже была готова сделать шаг навстречу ко мне, мой психованный фамильяр с чего-то решил, что эта самка любовь всей его жизни… и, издав пронзительный клич, кинулся покорять неприступную драконицу.
– Ви-и!
– Лютик, нет! – успела воскликнуть, но вот схватит ненормальную белку не успела.
– Ви-и… – блаженно выдохнул он, шмякнувшись на морду Алой прямо промеж её больших удивительных глаз.
Погладил возлюбленную лапками и нежно обмахнул пушистым хвостом.
Воцарилась немая пауза. Я в оцепенении смотрела на Лютика, не зная, как лучше поступить, Коен смотрел то на меня, то на драконицу и усмехался, будто в происходящем есть что-то забавное, а вот Алая от изумления села на хвост, совсем некультурно раскинув в сторону задние лапы.
– Лютик… – прошептала, ещё пытаясь спасти положение. – Лютик, не смей…
Но Лютику кружила голову любовь, и кажется, он совершенно потерял чувство самосохранения.
Пробежался по морде драконицы, забрался на голову, погладил шею…
… и тут я заметила сверкнувший опасный огонёк в глубине золотых глаз.
Алая в одно мгновение слизала моего фамильяра своим длинным раздвоенным языком.
… рыжий мех скрыл в глубине зубастой пасти. Сердце ухнуло вниз и стремительно забилось. Не отдавая себе отчёта, сунула руку, схватила бельчонка за шкирку и… слюнявого выдернула наружу. На свежий воздух.
Лютик был раздавлен. Почти в прямом смысле слова. И выглядел неважно. Пожёвано, я бы сказала. Зато живой. А вот Алая не понимала, кто это такой дерзкий лишил её закуски. Странно, что младший принц не спешил вмешиваться…
– Ешь лучше морковь, – произнесла я, со знанием дела, вкладывая в разинутую пасть овощ. – И зубы чистит и запах изо рта не такой смердящий, как от мяса. А вообще, – я присмотрелась, – тебе бы зубы почистить.
