Балансируя на кончиках пальцев

Мне позвонил отец, и попросил помочь сыну его сослуживца. Восемнадцатилетний парень едет учиться в тот город, где я основал свой бизнес. Более того, папа умолял поселить его у себя и приглядеть за ним. Вот только нянькой для сопляка быть не хватало! Сейчас мы едем на заднем сидении автомобиля. Я смотрю на него украдкой. Он же, молча, уставился в окно, словно застыл. Красивый парень. Кукла Кен, в живом воплощении. Только кукла сломана и сломлена. Чёрт, только этого не хватало для полного «счастья»!

Балансируя на кончиках пальцев

Двенадцатилетний мальчик стоял у балетного станка.

Ноги были приставлены друг к другу. Причём пальцы одной стопы касались пятки. Непосвящённому человеку даже сложно представить, как так можно вывернуть ноги, чтобы стопы встали в идеальную горизонтальную линию, причём пальцами в разные стороны.

— Молодец, Легков! Посмотрите, ребята, у Олеся идеальная пятая позиция! Ровняемся на него! — громко сказала хореограф.

Мальчик довольно улыбался, ему была приятна эта похвала.

Восемнадцатилетний юноша, лежащий на белых простынях, тоже улыбался, несмотря на то, что спал.

Неожиданно картинка сна изменилась. Какие-то отморозки в пугающих масках на лице били парня битами.

— Танцуй, сука! Танцуй, пидор! Танцуй! — раздавались крики со всех сторон.

На глаза спящего навернулись слезы. Удары сыпались на всё тело. И парень уворачивался от них, катаясь по кровати, как будто всё снова происходит наяву. Затем парня во сне, бьют по ногам. Правую ногу простреливает нереальная боль. Парень отключается от болевого шока.

В это время спящий юноша с криками просыпается. Лицо всё в слезах, и он вытирает их краем одеяла. Нога снова болит, так, что хочется лезть на потолок, и скрести штукатурку зубами, лишь бы это помогло. Нажав на кнопку, вмурованную в стену, парень дождался появления медсестры, а потом попросил обезболивающий укол.

После укола он снова попытался уснуть, но не смог. Нога всё ещё ноет, не сильно, но противно, до зубовного скрежета. Голень раздробило так, что пришлось делать операцию и скреплять титановой конструкцией.

Доктор сказал, что со временем боль пройдёт и, перелом будет ныть только на погоду. Олесь знал, что боль не пройдёт никогда. Боль от того, что он всегда будет чуть прихрамывать, а это значит, что на карьере артиста балета придётся поставить жирный крест. Он даже в хореографический вуз не сможет поступить с таким изъяном. Сердце болело. Казалось, оно не просто разорвалось, а истёрлось в мелкое крошево. Жизнь остановилась.