Вот и сейчас достала из шкафа ученическую форму, но при этом заметила какое-то несоответствие. Отложив зеленое платье на кровать, Хелен внимательнее вгляделась в оставшиеся на плечиках свои платья. И чуть не взвыла.
Подолы всех трех ее платьев были безвозвратно испорчены. Длинные рванные прорехи с торчащими огрызками ниток шли практически по всей длине юбок. Низы платьев превратились буквально в лохмотья, повисая жалкими лоскутами."
"Хелен выхватила одно из платьев, подскочила к спящей соседке и растрясла ее за плечо.
– Это что такое? – Развернула она юбку, стоило только Иманиле захлопать ресницами спросонья.
Глянув на ткань, что совали ей под нос, баронесса мигом проснулась и растянула губы в улыбке.
– Это твои лохмотья, нищенка. Убери их от меня!
– Мои платья порваны! – негодовала Хелен. – Это ты их порвала?!
– Не смей обвинять меня, ничтожество! – оскалилась еще больше в довольной гримасе Иманила. – Я бы к твоим тряпкам даже не притронулась своими ручками! Наверное, это мыши...
– Мыши?!
– Да, пришли вслед за тобой, грязная бродяжка.
– Мыши?! – едва сдерживалась Хелен от того, чтобы не кинуться на изнеженную девицу, что привстала на локте и сейчас лучилась довольством.
Хелен видела сейчас перед собой еще ту поганую мышь, вон как личико благородной эйры натянулось в ехидном оскале, прямо как у...
– Да это самые настоящие крысы сотворили такое! – рявкнула Хелен.
– Тебе виднее, нищебродка, – повела Иманила тонким плечиком, с которого тут же сползла шелковая рубаха с кружевным воротом.
– Ты же с разным отребьем дружишь, наверное, и с крысами тоже. Может, они к тебе пришли в гости... Чему удивляешься?
Выдала такую версию радостная соседка и вновь откинулась на белоснежные подушки, довольно щуря глаза и сквозь ресницы продолжая наблюдать за злющей Хелен.
А Хелен едва сдерживалась, чтобы не вцепиться в волосы этой... самки собаки и не оттаскать ее по всей комнате за подобную выходку. Ведь точно это ее рук дело. Или даже не ее рук, но под ее руководством испортили единственные выходные платья девушки.
Только совсем уж простенькое старенькое домашнее платье лежало в изголовье кровати, видимо, поэтому осталось целым. К счастью, также не пострадала ученическая форма, выданная академией, иначе Хелен не в чем было бы даже выйти из комнаты. Видимо, до злоумышленников дошло, что портить казенное имущество не стоит.
Но что сейчас могла сделать Хелен?
Ничего!
Обвинить открыто соседку в порче своего имущества без доказательств не могла.
