Бальзам Авиценны

Кажется, ее сторожа продолжают игру? Тем лучше!

Она тихонько открыла окно, привязала к бронзовой ручке рамы сделанную из простыни веревку, перелезла через подоконник и встала на узенький карниз. Еще не успев сделать и шага, Лючия почувствовала, как горло сжали спазмы страха и как замерло сердце: одно дело – смотреть из комнаты во двор и мысленно совершать побег, и совсем другое – стоять на узеньком карнизе на краю зловещей темной пустоты. Но есть ли путь к отступлению? И куда он приведет ее – к новым страданиям?

Лючия крепко ухватилась за спасительную веревку и медленно двинулась к плетям дикого винограда, стараясь не смотреть вниз, чтобы не закружилась голова.

Помертвевшими губами шепча молитвы, девушка уговаривала себя не бояться: дева Мария всегда слышит просьбы несчастных и не оставит в беде! Только бы ничего не заподозрили бандиты, устроившиеся в гостиной, – ее окна совсем рядом и отчетливо слышны голоса толстяка и Шарля; Титто, по своему обыкновению, больше отмалчивался. "

"Показалось, что прошла целая вечность, пока она шла по карнизу, но, наконец, ей удалось дотянуться до толстой и прочной лозы. Не выпуская веревку, девушка ухватилась за виноградную плеть и застыла с раскинутыми в стороны руками: ее расчет оказался неверным – веревки из простыни не хватило даже для того, чтобы добраться до конца карниза!

Разжать пальцы было мучительно трудно и страшно, но Лючия заставила себя сделать это. Теперь путь назад полностью отрезан.

Девушка стиснула губы и, преодолев страх, вцепилась в лозу. И та не обманула ее: под листьями скрывалась решетка из тонких реек, а это значительно облегчало спуск во двор. Сдерживая нетерпеливое желание поскорее ощутить под ногами твердую почву, Лючия начала осторожно спускаться и вдруг увидела, как квадрат света, падавшего из окна гостиной, закрыла черная тень Девушка испуганно сжалась и подняла глаза: у окна стоял Титто. Заметит он ее или нет?

– Господи, сделай так, чтобы он меня не увидел, – прошептала Лючия.

Южанин дососал дешевую сигару, щелчком отправил окурок во двор и отошел от окна. Беглянка облегченно, перевела дух.

Теперь скорее вниз. Как она сейчас была благодарна монахиням, заставлявшим пансионерок заниматься физическими упражнениями: спуск занял у нее считанные минуты. Прижавшись спиной к стене дома, девушка осмотрелась – вокруг темнота и ни одного огонька.