Онлайн-библиотека книг
Солнце уже перевалило за полдень, и неаполитанец с тоской подумал: увидит ли он завтра, как наступает середина дня? И тут же вспомнил, что обещал сегодня перед обедом встретиться с иностранцем в широкополой шляпе. О Мадонна, как он был наивен, намереваясь перерезать глотки Мирадору и Фишу или попросить у посланцев дона Лоренцо сильного снотворного. Коварный француз превзошел его в хитрости и теперь сам перережет глотку Титто.
Пленник скрипнул зубами от злости: о, если бы он мог уничтожить весь дом, вместе с его обитателями! Будь проклят тот день, когда он согласился пойти в услужение к Мирадору!.
Надев блузу, парик и широкополую шляпу, Федор Андреевич болтался по улицам, пристраиваясь с папкой для рисования то там, то тут, словно выбирая наиболее живописные местечки. На самом деле он пытался найти удобную позицию для наблюдения за домом над обрывом: вдруг Титто все же удастся подать хоть какой-то знак? Но тут же капитан сам осознавал несбыточность собственных надежд: неаполитанец, вполне возможно, уже распростился с жизнью! Господа типа Мирадора или Роберта-Мирта не любят шутить и скоры на расправу: предводитель вольных всадников бросал в раскаленных песках русских солдат, чтобы не давать им лишнего глотка воды, а Мирадор и Фиш в погоне за тайной бальзама Авиценны убьют кого угодно!
Воспоминание о Мирте вновь заставило задуматься: кто он – продавшийся англичанам азиат или англичанин, ловко прикидывающийся азиатом? Может быть, даже не англичанин, а француз? Среди жаждущих обладать тайной бальзама Авиценны смешались люди разных вер, рас и национальностей – все они, как в сжигающей душу золотой лихорадке, сломя голову устремились за призраком бессмертия.
