Банальная история, или Измена.ru

– Может быть, для начала ты пропустишь меня в квартиру? – спросила она и перехватила тяжелый пакет другой рукой.

На дочь это не произвело ни малейшего впечатления. Она проводила взглядом перемещающийся пакет и сказала:

– Тебе нечего там делать!

Интонации Милки Вере не нравились. Так разговаривают не просто с чужими людьми. Так говорят с врагами. Конечно, как же дочери еще говорить с матерью, которая покусилась на самое святое: на ее будущего мужа! И ведь ничего не скажешь в свое оправдание. Если рассказать, что было на самом деле, Милка сделается несчастной.

– То есть мне никогда не будет ходу в эту квартиру? – спросила Вера.

– Никогда! – жестко отрезала Милка.

– Ты не собираешься налаживать со мной отношения?

– Но ведь у тебя все хорошо, ты замужем…

– Разве тебя этим можно остановить? – с сарказмом спросила дочь и неприятно хохотнула. – Борис был моим женихом, когда ты посмела… когда ты смогла…

Милка явно не находила слов, чтобы обозначить поступок матери как-то выпуклее, и Вера попыталась в этот момент вставить свое:

– Но… может быть, ты попытаешься меня простить…

– Никогда! – крикнула Мила.

– А если я поклянусь, что больше никогда… ни за что…

– Нет! – еще громче выкрикнула дочь и зажмурилась. Из-под закрытых век потекли слезы.

– Хочешь, я поклянусь здоровьем Таськи и отца?!

– Не смей!!! Убирайся отсюда! Я тебя ненавижу! – Милка захлебнулась плачем, отвернулась от Веры, рванула на себя дверь и скрылась в квартире.

Лязг захлопнувшегося замка отозвался в Вериной голове болью. В висках заломило. Пакет с диссертацией Тамары Рогозиной выскользнул из обессиленной руки и упал на пол лестничной площадки с противным смачным шлепком. Потерев виски, Вера подняла пакет и стала медленно спускаться по лестнице. В этом старом питерском доме лифтов не было. Впрочем, в данной ситуации Вера вряд ли вспомнила бы о лифте. Странно, что она еще продолжала помнить про чужую диссертацию и тащить ее за собой, будто каторжанин колоду.

Похоже, старшая дочь вычеркнула ее из жизни. Пока. Эта сволочь Кудеяров непременно проколется еще раз, и Милка выгонит его из своей квартиры. Главное, чтобы не успела прописать. Впрочем, даже если пропишет, Андрей как-нибудь постарается оставить квартиру за собой. Юрист, поди, крючкотвор. Сообразит, как выкинуть на улицу уже и прописавшегося Борю. И тогда она, Вера, сможет наконец открыть дочери правду.