Банальная сказка (СИ)

Даже педантичные математики округляют в таких случаях в меньшую сторону. Но когда заканчиваются другие аргументы, в ход идёт простая арифметика. И вуаля! С первого числа славного месяца апреля у Российского филиала появился новый руководитель.

“Король умер, да здравствует король!” – кидали в воздух воображаемые чепчики бывшие сотрудницы, а ныне – подчинённые, а мужчины из последних сил давили скупую слезу умиления, похлопывали по плечу и почти достоверно искренне поздравляли с повышением своего нового начальника, предвкушая будущий разгул и вседозволенность.

Ещё бы. Предыдущий ведь не просто так носил звучную кличку “Главнюк”, так хорошо рифмующуюся с другим любимым русскому сердцу словцом. Ставленник самого Самого – смешные люди, они даже не подозревали, что за тем самым Самым стоят ещё двое самых-самых – проводил большую часть рабочего времени, гнобя сотрудников и устраивая разносы на ровном месте. Подумаешь, не успели отчёт сдать в срок? Что такое для русской души плюс-минус пара месяцев? А этот сразу: “Премии лишить, в личное дело записать, отпуск отменить!” Нет, с англичанином решительно нельзя было работать.

Несчастные подведомственные довольно быстро убедились на собственном опыте, что порой лучше чужой деспот, чем тот же тиран, но свой - знающий сотрудников, как облупленных, изнутри знакомый со всеми дворцовыми интригами, хитрющий, как библейский змей и, как оказалось, начисто лишённый сантиментов.

Своё вступление в новую должность бывший рядовой аудитор, лишь год назад впервые переступивший порог московского офиса, а ныне - его главный директор, начал с волны массовых репрессий. А как иначе назвать ту масштабную головомойку, в ходе которой треть состава дружной колонной по одному была выставлена к чёрту за тот самый порог, а выжившие прекратили симулировать трудовую деятельность и наконец-то познакомились с вверенными им клиентами? Но и это ещё не всё.

Но русский человек не был бы русским человеком, если бы не попытался найти способ избавиться от супостата постылого, ну или хотя бы спихнуть его со своего горба на чужой.