Гудвин, как ты рассчитываешь выпутаться из всего этого дерьма? Не смей ухмыляться, чтоб тебе пусто было! Я быстро сотру эту дурацкую ухмылку с твоих губ!
– Не трудитесь, – беззлобно произнес Вулф. – Мистер Гудвин лгал не вам, а доктору Эйвери. В среду он не вел наблюдения за домом Калмуса. Истинная правда. Он приехал туда вскоре после десяти вечера. Вместе с мисс Блаунт. Поэтому ни при каких условиях не мог видеть, как убийца входил в дом или выходил оттуда. Мы надули доктора Эйвери. Поскольку было невозможно…
Но на сей раз Вулфа прервал не Кремер.
В кабинет вошел Сол с очередной бутылкой шампанского. Сделал три шага и остановился. Увидев, что Вулф замолчал, предоставив ему свободу действий, Сол достал еще один бокал, наполнил его шампанским и вручил Кремеру, после чего долил себе, Орри и мне, поставил бутылку в ведерко и сел. Кремер машинально взял шампанское, пролив немного на штаны, удивленно посмотрел на бокал, словно не понимая, как тот оказался в руке, поднес ко рту, в три глотка осушил, поставил на приставной столик и злобно посмотрел на Вулфа:
– Я вам не верю.
Чтобы я клюнул на вашу наживку, попробуйте объяснить мне, откуда вы узнали, что Эйвери входил в дом, если Гудвин его не видел. И откуда узнали, что Эйвери убил Джерина. Короче, я вас внимательно слушаю.
– Да, конечно, в этом все дело, – кивнул Вулф. – Хотя объяснить будет довольно сложно.
– Кто бы сомневался. Но я постараюсь понять. Ну так что?
Вулф откинулся на спинку кресла:"
"– Я основывался на умозаключении, а не на имевшемся факте за отсутствием такового.
Умозаключение мое строилось на трех аргументах. Первое. Блаунт не убивал Джерина. Как вам известно, у меня с самого начала было подобное предположение, и убийство Калмуса его укрепило. Второе. Джерина не убивал ни один из посредников: Хаусман, Йеркс, Фэрроу. Я уже принес извинения за то, что включил их в число подозреваемых. А теперь я приношу свои извинения и вам.
Такого просто не могло быть, если учесть, что поднос был у Джерина под рукой и в любую минуту могли войти остальные посредники. – Вулф поднял руку, словно отмахиваясь от столь абсурдной идеи. – Пф! Третье. Остается лишь Эйвери. У него имелась хорошая возможность, даже более удобная, чем у Блаунта. Эйвери приготовил адскую смесь, подмешав яд в горчичную воду, и дал выпить Джерину. Версия, что у Эйвери действительно был мотив, заслуживает доверия.
