Банда 3

— Если он сунется ко мне с этими авиабилетами, — медленно проговорил Шаланда, шаря глазами по залу в поисках Анцыферова, — я не отпущу его, пока он их не съест без остатка.

— Крутой ты мужик, Шаланда, — проговорил Пафнутьев и придвинул к себе плоский кожаный кошелек. Внутри оказались несколько стодолларовых бумажек, блокнотик с телефонными номерами. — Кажется все, — проговорил Пафнутьев и, сложив кошелек, легонько похлопал им по ладони. Что-то насторожило его, кошелек вел себя не так, как положено вести себя пустому кошельку из тонкой кожи.

Пафнутьев снова заглянул во все отделения и потайные кармашки. Отогнув очередной отворот, он сунул туда палец и, вскрикнув, отдернул его. На пальце показалась капелька крови — в кошельке что-то было чрезвычайно острое.

Теперь уже с большей осторожностью Пафнутьев вынул круглую жестяную крышку от консервной банки.

— Вопросы есть? — спросил он.

— Боже! — прошептал Шаланда. — Неужели он?

— Куда ты отправил раненого?

— Скорая увезла... К Овсову, конечно.

— Пока обходилось, — ответил Шаланда, бросив опасливый взгляд на Пафнутьева.

Убеждался не один раз — если спрашивает Пафнутьев о надежности, то не зря, жди беды.

— Подбиваем бабки, — Пафнутьев окинул взглядом разбитые витрины ресторана. Лицо его, освещенное холодным белесым светом зимнего дня, изредка вспыхивало синеватыми бликами от милицейской мигалки.

— Подбиваем бабки, — повторил он, но Шаланда перебил его.

— А чего их подбивать? Один убитый, второй при смерти, двое сбежали. Вот и все. Никого не осталось.

— Анцыферов остался, — негромко проговорил Пафнутьев.

— Конечно. Значит, так... Не теряя ни минуты, дуй к Овсову. У него там неплохо налажено, а ты удвой, понял? Утрой охрану. Похоже, мы схватили за хвост такого зверя, — он постучал пальцем по тонкому кошельку, лежавшему на столе, — такого зверя, что не знаю даже — мы его схватили, или сами заглотнули крючок. Похоже, отстрел идет, Шаланда. Большая охота началась. Когда ушел Байрамов, город начали делить заново. А сейчас, видишь.

.. Вовчик Неклясов засветился.

— А как же, — усмехнулся Пафнутьев. — На то он и Неклясов.

— Слышал — Листьина хлопнули?

— Три дня по всем программам мне об этом докладывали. Все боялись, что не проникнусь, не так подумаю, не те выводы сделаю.

— Хороший был парень, — вздохнул Шаланда.

— Бедняков не убивают, сказал классик. Могу добавить — телеведущих тоже не убивают.

— Крупного бизнесмена убрали. Мафиози... Хотя ему это слово, возможно, и не понравилось бы...