Банда в законе

Человек серьезный – с авторитетом, с положением, ставленник московских воротил – и принялся лезть во все дела подряд, не особо вникая в сложившуюся иерархию: зачем? В случае чего прикроют… Так вот – лез, лез, пока не нарвался на Трофимова, который в то время начинал строить империю… Все бы ничего, только захотел Баулин отнять для себя кусочек нашего завода, на который положил глаз Трофимов.

– И? – Хабаров не понимал, для чего Александр так подробно излагает старую историю. – Что дальше?

– Дальше? Дальше – просто: Трофимов решил, что нет человека – нет проблемы, но убрать Баулина просто так не мог: москвичи, имеющие свой кусок, нагнули бы его самого.

– Придумал?

– Да. Среди своих людей Трофимов вычислил «крысу» – стучал человечек на сторону – и слил через него информацию, что якобы поедет от любовницы в такое-то время, по такой-то дороге, в небронированной машине. Баулин, надо сказать, чистоплюйством тоже не страдал, а выгоды завод сулил немалые… Машину, естественно, по дороге расстреляли.

– Что-то я не понял сути… – Стас задумчиво тер подбородок.

– Суть в том, что Трофимов, под видом мести, моментально ликвидировал Баулина и его ближайшее окружение: убили жену, маленькую дочку оставили без матери – за это, мол, справедливо наказал мерзавца. Так на большом «сходняке» и выступил. Большинство его поддержало: понятно, вспылил человек, не сдержал гнев… А Трофимов убил сразу двух зайцев – уничтожил конкурента и залез под московскую «крышу», став вообще недосягаемым.

– То есть он специально посадил в машину жену, сославшись на дела… – Стас почему-то не мог представить такого. – А зачем за руль посадил Вову? Его тоже «списать» хотел?

– Ты о Бийцеве? – Авдеев задумался. – Ну, тогда Вова еще не был киллером высокого класса, простой охранник… Как бы там ни было, вся суть в том, что женой Трофимов пожертвовал ради бизнеса.

– Допустим… И зачем вы мне это рассказали? Как это связано с Кареном?

– Сначала закончим со Старостиным, потом все узнаешь, хорошо? – Александр встал.

* * *

Подполковник Старостин сидел в красивом кожаном кресле и смаковал из высокого бокала ярко-алое густое вино. Напротив, постукивая пальцами по столу, нервничал Прохор.