Бандитский век короток

У Оли в любой момент может начаться ломка, она сильно истощена, ее сердце может не выдержать, а нужных препаратов у меня нет. Я выпишу рецепт, с ним нужно идти в аптеку. Насколько я понимаю ситуацию, показываться в городе ни тебе, ни Олегу нельзя. А я не могу оставить Олю без присмотра.

— А давайте бомжа пошлём, — раздался из другой комнаты голос Олега, и в проёме двери появился он сам, одетый в потрёпанное, плохо сидевшее на нем пальтецо, коротковатые брюки и драную лыжную шапку. Нижнюю часть лица он прикрыл старым шарфом…

— Извините, Борис Израилевич, я там, у вас в чулане, немного порылся, — продолжил он, улыбаясь.

Гром и Кацман посмотрели на него и дружно рассмеялись

— Опасно всё же, ты сильно рискуешь, Олежек, — с сомнением покачал головой Борис Израилевич.

— Другого выхода, я так понимаю, всё равно нет, так что и говорить не о чем. Вот только денег у меня… — Олег замялся.

Гром вытащил из кармана рубашки толстую пачку долларов и отделил от нее сотенную купюру.

— Этого хватит, Борис Израилевич? — спросил он.

Когда Олег ушёл, Гром достал мобильник.

— Дамирыч, привет, это я. Тут такое дело, наша сестренка приехала, заболела в дороге, а я, понимаешь, занят по горло… А, ты уже в курсе? Присмотреть мне за ней некогда, может, пусть у тебя погостит с недельку? Да?! Ну вот и ладушки, записывай адрес.

Издалека следивший в бинокль за домом Кацмана Али вылез из уютного нутра серебристого «Ниссана» и, потянувшись, достал из кармана маленький, не больше спичечного коробка, серебристый «Сименс».

— Это Али… Ночь прошла спокойно. Крестник и его сестра по-прежнему в доме. Молодой переоделся бомжем и вышел десять минут назад. Забрать сестру? Вывезти на дачу? Но у меня мало людей, нежелательно распылять силы… Понял. Выполняю.

Илья Черенок сидел, зевая, за рулем не приметной «девятки». Он проводил взглядом Олега Жданова, посмотрел на тёмные окна дома и толкнул локтем сладко посапывающего на соседнем сиденье брата. Вадим приоткрыл один глаз, достал сотовый телефон и набрал номер.

— Близнецы — Скорпиону. Объект в доме. Переодетый Жданов куда-то вышел. Всё тихо. Продолжаю наблюдение.

Скорпион ещё никогда не чувствовал себя таким старым, больным и беспомощным. Он прошёлся по кабинету, постоял у окна и…  поколебавшись,  нерешительно снял телефонную трубку…

— Доброе утро, Борис Израилевич, это Рулев беспокоит. Мне бы Лешу. Откуда знаю? Ну, на то я и милиция, чтобы всё знать.