Банкир

Дверь распахнулась, старик появился в проеме:

— Здоров будь, Михеич!

— Здоров покамест… — Старик после света пристально вглядывался в ночных визитеров. — Чтой-то не припоминаю вас, парни…

— Да проезжие мы. Зайти-то можно?

— А чего ж нельзя? Только башмаки оббейте да оботрите вот об тряпку.

Мужчины прошли в небольшую комнатку.

— Мы, извиняйте, что ночью, по винцо.

— А чего, на площади палаточка круглосуточная.

— Да нам не влить надо, нам с собою, да чтобы хорошее было. А то ведь кореша скажут: были в Раздольной и гостинца не привезли… Справились у тех палаточников: у кого винцо поласковее, чтоб не шмурдяк?.

И еще сказали — сова ты, наверняк не спишь, ну мы и завернули. Да и тебе в прибыток. Канистрочку наплескаешь?

— Отчего ж нет?.. — Старик едва заметно улыбнулся. — Ко-ре-ша…

Присаживайтесь покуда к столу, служивые…

— Чего?.. — Молодой был пониже старика, поднял голову.

— Да ты головой не взбрыкивай, что конь перестоялый… Видно сокола по полету, а опера по погляду… Али дело какое казенное до Лукоморья довело?.

— Говорю же — проездом, — замялся старший. — Крепленое-то есть?

— А как же… Пробуйте. — Михеич поставил на стол три банки из шкафа.

— Да чего пробовать — нам бы такого, чтобы и самим выпить, и тетку какую сильно замороченную угостить… Короче: чтоб и градус, и букет, два стакана и привет!

— Ладушки. «Изабеллы» вам налью, пятилетней… Но пятилетняя дорогая…

Как с деньгами, служивые?

— Для себя да для гостей держу…

— А мы гости и есть…

— Ну да, ну да… Незваный гость…

— Много званых, да мало избранных…

— Ждите.

Старший быстренько оглядел стаканы, кружки, вытащил из сумки пакет, опустил туда две емкости…

— Уж из какой-то этот «спортсмен» пил винцо, а? Учись, студент, пока я жив! Вежливость — главное оружие вора. Изъятие стаканов оформлять не будем? — Передал пакет молодому:

Старший появился через полчаса. Навеселе. Грузно плюхнулся на переднее сиденье, аккуратно установил канистру между ботинками:

— Вино у старика — просто… Э-эх… — отмахнул рукой по-тагарински:

— Трогай.

— Нам бы не гнать особо. Чего теперь… Дело сделано…

— Ямщи-и-ик не гони лошаде-ей… Нам не-е-екуда больше спешить… Нам не-е-екого больше любить…

— Не, гнать нельзя… Опасно. Поземка, ветер… Погода собачья…

— Погода-то в самый раз… — вздохнул старший… — А вот жизнь…

Припорошенная снегом ночь неслась под колеса стремительно, как поземка.