Банкир

Тонул, понимаешь, в далеком море, можно сказать, во вражьем окружении, но чести краснофлотца не посрамил, не переметнулся!

— Вот это не важно! Важно, что — герой! Раз так — надо награждать! А награда матроса — заслуга воспитавшего его отца-командира. Все продумано! Иными словами, представили меня к медали Ушакова.

— Сейчас не скажу, не знаю. А раньше — была. Редкая, между прочим, награда: по идее она была идентичная пехотной «За отвагу», но и в войну получили ее немногие… Короче: командир части катает представление, матросики встречают в кубрике героя.

Должен я был за спасение утопающего из лап злого дядьки братве выставить? Да как положено! Закончилось мое освобождение из узилища грандиозной пьянкой, в которой приняли участие четыре кубрика. Плюс мы с матросом Бойко и старшим матросом Михайловым покинули расположение части в направлении общежития торгово-кулинарного училища… Э-эх!.. Взысканий мне объявлять не стали, но и заслуженная награда героя не нашла. Баш на баш. Вот такая история…

— Какая история, Дор! Что ты бедной девушке голову морочишь? Это и есть твое пребывание в морском спецназе?

— Нет. Это я байку травил.

— Милая барышня… Байка — это, как говаривал Бургомистр…

— Из фильма. «Тот самый Мюнхгаузен…» Помнишь?..

— Байка — это не факт. Это гораздо больше, чем факт. Так оно и было на самом деле. А с боевыми пловцами… С ними все было прозаичнее и строже.

— Всю эту эпопею со следователем наблюдали люди заинтересованные.

Они же провели и свое расследование. Родители — работающие, ответственные. Порочащих связей я не имел: умный, русский, член ВЛКСМ, замечен в шалопайстве, но с возрастом это проходит…

— Не у всех и не всегда.

— И это так. Но правила есть правила. Ко мне подошел лейтенант, разговорились — о плавании. Он, как оказалось, мастер спорта по подводному.

Предложил попробовать, дескать: может, выступишь на соревнованиях за часть… А мне даже интересно стало понырять… Начал работать с аквалангом.

Удачно. Тем временем вся наша группа была отправлена обратно под Москву, кроме меня и Саши Бойко: по иронии судьбы, он тоже оказался под пристальным вниманием ГРУ и тоже, как потом выяснилось, подошел. Сашка был постарше меня — «вундер», но одного призыва; он английский знал, да и каратэ в студенчестве баловался…

— Крымский. Сама понимаешь, остаться под Севастополем ему хотелось куда больше, чем мне, он и старался.