Страх уж на этой самой поляне забирает так, что и шагу не ступить, а возле урочища какая-то неведомая сила и вовсе голову наизнанку выворачивает.
— Благодарю за совет, — кивнул я, — Но боюсь воспользоваться мы им не сможем. За сопровождение также благодарю. Вот… — я достал из кошелька десяток железных монет и высыпал их в протянутую ладонь, — Как вернёшься в деревню, выпей за наше здоровье.
— Непременно, господин, — мужик спрятал монеты за пазуху. Поклонился. А затем удивительно ловко для своей комплекции взлетел обратно в седло, ударил пятками коня и через пару секунд скрылся в лесной чаще.
— Всё, парни, дальше пешком! — скомандовал я, поворачиваясь к остальным, — Ронвальд, ты остаёшься здесь с лошадьми. Все остальные — надевайте амулеты. Давайте, шевелитесь, время не ждёт!
Пока парни спешивались, проверяли снаряжение и передавали поводья своих коней остающемуся бойцу, ко мне подошла Айлин. Надо было признать, наш оружейник не поскупился. Помимо кольчуги с короткими рукавами, он подогнал девушке шапель, шинные наручи, и фальшион, теперь висевший у неё на поясе.
Сидело всё это не слишком ладно, по большей части скрывая достоинства её фигуры, но со своей самой главной функцией должно было справиться без проблем.
— Я похожа на клоуна, — пожаловалась девушка, пытаясь поправить выбивающиеся из под подшлемника пышные светло-каштановые волосы.
— Скорее уж на валькирию, — хмыкнул я, смерил её оценивающим взглядом и немного поправился, — Только средневековую.
Прямиком из восточной европы середины четырандцатого века. А не ту, что была у викингов.
— На клоуна, — с нажимом повторила девушка, нервно теребя ремешки на наруче.
— Ты знаешь, уж лучше быть час-другой похожей на клоуна, чем потом всю оставшуюся жизнь бегать с изуродованной рожей, — хмыкнул я, подпрыгивая на месте и проверяя хорошо ли сидит экипировка, — Уж в этом будь добра, доверься эксперту по изуродованной роже.
— Да тебе то оно даже идёт… — многозначительно хмыкнула девушка.
Хотела ещё что-то добавить, но не успела. К нам подошёл Бернард.
— Всё готово, — отрапортовал сержант, — Можем выступать."
"— Хорошо, — кивнул я, вытащил из ножен меч и ещё раз пристально осмотрел поляну в поисках хоть каких-нибудь намёков на «проклятость места». Поиски успехом не увенчались. Ни увядшей травы, ни искорёженных стволов деревьев, ни выжженой земли. Ничего. Только неестественная, тяжелая тишина, тяжелым саваном опустившаяся на округу.
