Конечно, если дело дойдет до по-настоящему тяжелых доспехов, то этот параметр придётся подтягивать, но когда это дело ещё до них дойдет… Значит ловкость или выносливость. И то и то нужно. Ловкость позволит немного проворнее двигаться в бою, уменьшая риск нарваться на вражеский удар, выносливость — выдерживать более долгий бой и уходить в оборону, изматывая противника. Сложный выбор. Зараза…
Я попытался вспомнить свои предыдущие схватки. Большинство из них длились не дольше минуты и заканчивались за четыре-пять ударов.
Я либо наступал, заставляя противника открыть уязвимое место, либо он ошибался сам. Значит всё-таки ловкость.
Ловкостьповышена.Сила: 3Ловкость: 3Выносливость: 2Проницательность: 4Харизма: 2Количество жизней: 47/114Запас сил: 28/76
До следующего уровня персонажа осталось 480 опыта.
Внимание: персонаж получил травму «колотая рана предплечья». До заживления ловкость снижена на 1 пункт.Внимание: персонаж получил травму «порез лица». До заживления максимальное количество здоровья снижено на 10 пунктов.
Харизма снижена на 1 пункт.
Ну, снова здорова. Стоило, блин прокачивать ловкость, чтобы тут же её лишиться. Оно, конечно, справедливо. Рана на то и рана, чтобы мешать двигаться. Но всё равно как-то обидно.
— Готово, — подытожила Айлин, затянув последний узел на повязке. Бинты теперь закрывали мне правый глаз, но чтобы смотреть — хватало и левого, — Так, теперь раздевайся.
— Что, прямо тут? При всех? — хмыкнул я, покосившись на зевак, которые снова собрались возле пристани.
Никто из этих говнюков лекаря так и не позвал, — Не думал, что тебя настолько возбуждает вид свежей крови.
— Юморист херов, — скривилась девушка, но затем смягчилась и добавила, — Ладно, шутишь — значит, жить будешь. Но в следующий раз за такие приколы схлопочешь по-морде.
С кольчугой и гамбезоном пришлось повозиться. Каждое движение отдавало болью в раненой руке. А из-за крови ткань успела прилипнуть к телу и никак не хотела отрываться.
— Зараза. Надо было всё-таки подыскать кольчугу с длинными рукавами, — сплюнул я, — Не пришлось бы сейчас мучиться.
— Это тоже снимай, — Айлин указала на пропитанную потом и кровью рубаху.
— Зачем? — непонимающе уставился на неё я.
— Уж точно не за тем, о чём ты подумал, — хмыкнула девушка, — Она сейчас будет мешать. Да и осмотреть тебя надо. Мало ли где ещё тебя эти уроды умудрились достать.
Я спорить не стал. Не было ни сил, ни желания.
