Барабаны осени. Книга 2. Загадки прошлого

У меня по спине пробежал холодок, и я завертелась, глядя по сторонам. Никого. Каштаны позади дома вздыхали на ветру, солнце играло в пожелтевших листьях.

Я знала наверняка, что я не одна. Что за черт!

А нож остался лежать на столе!

– Саксоночка, – раздался голос Джейми, и сердце чуть не замерло у меня в груди. Я повернулась к нему с облегчением, к которому примешивалась определенная доля досады. Что за игры?!

На долю секунды я подумала, что у меня двоится в глазах. Они сидели на скамейке за дверью, бок о бок, рыжие волосы искрились на солнце.

Я задержала взгляд на лице Джейми, сияющем от радости, затем повернулась направо.

То же самое лицо, и та же самая сияющая радость. Я ничего не успела сообразить, прежде чем она заключила меня в объятия, и почва ушла у меня из-под ног, как в фигуральном, так и в буквальном смысле.

У меня перехватило дыхание, я не могла вдохнуть не только от неожиданности, но и от того, что она до ужаса крепко стиснула меня в объятиях. Я смотрела на нее, не веря своим глазам, но это и вправду была Брианна.

– Господи, а я вас и не ждала, – ляпнула я первую глупость, которая пришла на ум.

Брианна ухмыльнулась во весь рот точно так же, как ее отец. Ее глаза влажно сияли от счастья.

– Что-что? – растерянно переспросил Джейми.

От глубокого сна без сновидений Брианну разбудило прикосновение к плечу.

Она потерла глаза, собирая сонные мысли, и кивнула.

– Хорошо. Надевай штаны.

Джейми бесшумно поднялся и вышел, впуская в открытую дверь горько-сладкий холодный воздух.

Не успела она натянуть чулки, как отец вернулся, все так же неслышно, хотя нес большущую охапку дров. Он опустился на колени, чтобы разжечь огонь; она же, накинув пальто, вышла на улицу.

Ночь была сказочной; если бы не холод, Брианна решила, что все еще спит. Искрящимися льдинками мерцали звезды; они висели так низко, что казалось, вот-вот сорвутся и с тихим шипением угаснут во влажном тумане, укрывшем деревья на склоне горы позади хижины.

Сколько же сейчас времени? Брианна поежилась, когда сырые доски в уборной коснулись теплой после сна кожи. Похоже, только-только перевалило за полночь, до рассвета еще далеко.