Барабаны осени. Книга 2. Загадки прошлого

 – Впрочем, спешу заверить, что леди, подарившая мне кольцо, на момент нашего расставания была жива и здорова.

Буря в желудке Брианны несколько улеглась.

– О! Рада слышать. Так вы продадите кольцо?

Боннет откинулся на спинку кресла.

– Продать, значит… А что вы, сладкая моя, можете за него предложить?

– Пятнадцать фунтов стерлингов.

Боннет неторопливо поднялся. У Брианны застучало сердце. Он согласен! Неужели сейчас достанет кольцо?..

Вместо этого взял ее за руку и вытянул из кресла.

– Мне хватает денег, сладенькая. Скажи-ка лучше, волосы у тебя между ног такого же дивного цвета?

Брианна отскочила на несколько шагов и прижалась к дальней стене каюты.

– Вы неправильно меня поняли! Я вовсе не собиралась…

– Ты-то, может, и не собиралась, – ощерил он в усмешке зубы. – А вот я – вполне. Похоже, крошка, это ты меня неправильно поняла.

Он шагнул к ней. Она схватила со стола бутылку бренди и замахнулась. Боннет с легкостью увернулся, отобрал бутылку и вмазал раскрытой ладонью Брианне по лицу.

Ослепленная внезапной болью, она пошатнулась. Боннет схватил ее за плечи и поставил на колени; пальцы с силой зарылись ей в волосы, царапая кожу, и рывком заломили голову. Другой рукой он распутывал завязки на штанах. Довольно хрюкнув, он подался вперед.

– Поздоровайся с Леруа.

«Леруа» был необрезанным и немытым; от него разило застарелой мочой. К горлу подкатила тошнота, и Брианна отвернулась, однако Боннет резко повернул ее обратно, впиваясь пальцами в скальп.

– А теперь поцелуй нас хорошенько и приласкай своим миленьким язычком, – весело, даже игриво велел Боннет. Брианна пыталась вырваться, однако он с силой дернул за волосы, и от боли на глаза навернулись слезы.

Она покорно высунула язык.

– Неплохо, весьма неплохо, – одобрил Боннет. – Теперь открой ротик.

Он вдруг выпустил ее, и Брианна чуть не упала. Боннет с силой выкрутил ей ухо.

– Только попробуй укусить – я сломаю тебе нос.

Он сунул ей в лицо здоровенный кулак. Потом вцепился в другое ухо и замер, сжимая голову меж ладоней.

Брианна старалась думать лишь о крови, текущей из разбитой губы, ее вкусе и запахе. Она словно воочию видела этот солоноватый вкус полированной меди, кругами вспыхивающий перед зажмуренными глазами.

Если ее сейчас вырвет, она задохнется. Задохнется, а он даже не заметит. Она умрет, а он по-прежнему будет толкаться ей в горло.