Барабаны осени. Книга 2. Загадки прошлого

Фрейзер прижался к щели глазом, высматривая, что происходит снаружи. Там вроде бы все утихло.

Верзиле-горцу явно было плохо. Лицо под засохшей кровью побелело и лоснилось от пота. Роджер молча налил ему еще воды. Он знал, что Фрейзера мучат отнюдь не раны.

– Когда вы последний раз ее видели?..

– Когда началась драка.

Фрейзеру не сиделось, он вскочил и шальным медведем принялся расхаживать по хижине.

– Ты в курсе, из-за чего все случилось?

Роджер вкратце пересказал Фрейзеру историю священника… и с удивлением обнаружил, что ему чуточку полегчало.

– Они ее не тронут, – заверил он Фрейзера, а заодно и самого себя. – Клэр ни при чем.

– Да уж, ни при чем. – И вдруг в неожиданном приступе ярости грохнул кулаком по стене. – Черт бы побрал эту женщину!

– С ней все хорошо, – упрямо повторил Роджер. О другом он и думать не смел, хотя прекрасно понимал опасения Фрейзера: если Клэр жива, здорова и на свободе, никакая сила не удержала бы ее вдали от мужа. А еще пропавший племянник…

– Я слышал вашего племянника во время драки.

Фрейзер кивнул, утыкаясь лицом в колени.

– Славный парень… У него есть друзья среди могавков. Бог даст, они его не тронут.

В Роджере вновь проснулось любопытство.

– Ваша жена… Как она во всем этом замешана? Что она сделала?

Фрейзер вздохнул и запустил здоровую руку в волосы, совсем их спутывая.

– Не стоило мне так говорить… В конце концов, она не виновата. Но если… нет, ее, конечно же, не убьют, но если кто хоть пальцем тронет!..

– Никто ее не обидит, – твердо заявил Роджер.

Фрейзер пожал плечами и зажмурился. Запрокинув голову, он принялся рассказывать: подробно, словно все еще видел сцену перед своими глазами. А может, так оно и было.

– Я ее толком и не разглядел в толпе – ту девушку. Не могу даже сказать, как она выглядела.

Клэр стояла рядом, бледная и напряженная, среди беснующихся индейцев. Закончив со священником, они отвязали его от шеста и прикрутили к высокому столбу, закрепив руки на горизонтальной перекладине над головой, чтобы в таком виде предать сожжению.

Фрейзер вытер ладонью губы.

– Мне доводилось видеть, как из человеческой груди вырезают сердце. Но еще ни разу – чтобы его прямо здесь и съели сырым.

Он говорил почти смущенно, словно извиняясь за свою брезгливость.

Фрейзер в потрясении повернулся к Клэр. И только тогда заметил рядом с ней девушку-индианку с ребенком на руках.

С величайшим спокойствием та сунула ребенка Клэр, повернулась и скользнула в толпу.