Барабаны осени. Книга 2. Загадки прошлого

– Папа! – радостно завизжала Лиззи и бросилась ему в объятия.

Оглушенный Джейми затряс пальцем в ухе.

– Не припомню я, чтобы она кричала так прежде.

Он улыбнулся мне и протянул два клочка бумаги, судя по всему, ранее бывших одним документом.

– Контракт мистера Уэмисса. Убери куда-нибудь, саксоночка, вечером сожжем.

А затем снова исчез в толпе, отзываясь на очередной вопль с другого конца поляны.

К третьему дню уши у меня звенели от гэльского, потому что каждый спешил обменяться последними новостями, сплетнями и просто парой слов.

Все, кто не говорил – пели; и Роджер с восторженным видом бродил от палатки к палатке. Сам он давно охрип, потому что почти всю прошлую ночь пел, подыгрывая себе на позаимствованной у кого-то гитаре. Брианна с горделивым видом сидела у его ног. Вокруг толпились зачарованные слушатели.

– Он что, и правда так хорош? – прошептал Джейми мне на ухо, с сомнением оглядывая своего без пяти минут зятя.

– Не то слово! – подтвердила я.

Джейми поднял было бровь, затем пожал плечами и забрал у меня ребенка.

– Ладно, поверю на слово. Мы с Рыжиком пойдем поищем, где играют в кости.

– Ты что, собираешься приучать ребенка к азартным играм?!

– Конечно, – ухмыльнулся тот. – Раз не поет, как отец, пусть зарабатывает на ужин другими путями.

– Когда будете рубить репу для хаггиса, не выкидывайте ботву. Заварите ее и давайте понемногу детям. И сами пейте – молока будет больше.

Майри Бэкхем, прижимая ребенка к груди, кивнула, старательно запоминая рецепт. Я так и не смогла убедить шотландцев, что надо есть свежую зелень, но время от времени мне выпадал шанс добавить немного витамина С в чей-нибудь рацион, традиционно состоявший из овсянки и оленины.

Я даже заставила Джейми съесть у всех на виду целую тарелку помидоров. Впрочем, без особых результатов. Как мне кто-то признался, легендарный Макдью запросто способен питаться любой отравой, которая тотчас убила бы простого смертного.

Попрощавшись с Майри, я улыбнулась следующей пациентке – женщине с двумя девочками, сплошь покрытыми сыпью.

Услышав какое-то стальное лязганье, я обернулась, забыв о пациентах. Мужчины похватались за оружие.

Из леса под приглушенный бой барабанов строевым шагом выходили солдаты в алых мундирах и зеленых килтах. Их мушкеты указывали в небо, длинные сабли болтались скорпионьими хвостами, а они все шли и шли парами.