Баран и жемчуг

У Эдварда задёргалось лицо, но он промолчал.

– Пройдёмте в дом, дорогой сэр, – пригласила Анабель, взяла Мориса за руку и повела, будто сам он не смог бы попасть в дверной проём.

Остальные Дофо приняли гостя без обещанной радости, но и без недовольства, и Эдварду пришлось окончательно притихнуть. Морис краем глаза видел, что бывший жених стоит у стеночки, не вступая в разговор, зато следит взглядом голодного волка. День прошёл долго и скучно, и старший Дофо таскался за Морисом с бараньим упорством, осторожно выспрашивая, окончательно ли решение леди Маргарет расторгнуть помолвку, и чем не угодил опекун.

Зато Морис поел от души, пожелал всем доброй ночи и отбыл в комнату, пожаловавшись на усталость.

Разумеется, спать он не собирался, и первым делом наточил кинжал и нож и прицепил ножны к поясу, проверив, легко ли выходит клинок. С саблей было бы надёжней, но для сегодняшнего дела сабля не годилась.

Он выглянул в окно, проверяя – достаточно ли стемнело, и совсем не удивился, услышав робкий стук в дверь.

– Входите, – скомандовал Морис, поправляя поясной ремень.

В комнату вплыла Анабель – сама скромность, между прочим. Глаза опущены, в руках – поднос с кувшинчиком и бокалом.

– Принесла вам подогретого вина, сэр, – сказала она невинным голосом и прошла к столу, чтобы поставить поднос.

– Очень любезно с вашей стороны, – похвалил её Морис.

– Вы ещё не легли в постель…

– Вы не только любезны, но ещё и наблюдательны, – Морис потёр подбородок, раздумывая, и убрал саблю под кровать.

Девица не поняла иронии или сделала вид, что не поняла, и предложила:

– Налить вам вина?

– Нет, не хочу, – ответил Морис и перевязал волосы шнурком, чтобы не мешались.

– Оно вкусное, – сказала Анабель, помедлив. – Хотя бы попробуйте.

– Попробуйте сами, леди, а я не хочу.

– Не хотите вина, может, захотите чего-то другого?

Морис повернулся к девице и посмотрел на неё в упор. Черноглазая, как чертовка. И такая же бесстыжая. И думает, что самая хитрая.

– Возможно, что и захочу, – сказал он, уперев кулаки в бока. – Смотря что вы предложите.

– А если я предложу себя? – чёрные глаза вспыхнули, как угли.

– Очень заманчиво, – заверил её Морис. – Вы не только любезны и наблюдательны, но ещё и щедры. Предложили самое драгоценное.