Баран и жемчуг

Если предстоит вести опасные переговоры, лучше выглядеть, как настоящая леди. Да и умирать лучше в красном платье. Это я подумала мельком и тут же прогнала эту мысль подальше – умирать я не собиралась.

– Эй! Там, в Сегюре! – заорали в толпе, и я узнала голос Румьера Рубертуна. – Открывайте!

– Что нужно? – крикнул Малькольм в бойницу, благоразумно не высовываясь.

Голос у него чуточку дрогнул, но у кого бы не дрогнул при таких обстоятельствах? Мы знали, конечно, как Сегюр храбро оборонялся от врагов… Но это было очень, очень давно! И никогда к стенам Сегюра с оружием не подходили жители окрестных земель.

Вместо управляющего могла бы крикнуть и я – на правах хозяйки, но вряд ли мне удалось перекричать толпу. А они там бушевали, как море – шумно, страшно, и успокаиваться не собирались.

– Открывай, тогда и поговорим! – надсажался Рубертун.

– Сначала скажи, для чего вы сюда пришли! – не сдавался Малькольм.

– Не хотите по-хорошему, будем ломать ворота! – гаркнул Рубертун.

– Стреляй! – вдруг скомандовал Малькольм.

Я не успела их остановить, и арбалетчики выстрелили. Но стрелы не полетели в толпу, они ударили в землю между горожанами и воротами. Я с облегчением перевела дух, потому что крови на пороге своего дома мне точно не хотелось.

– Ещё шаг, – объявил тем временем Малькольм, – и стрелять будем в вас. Кто подойдёт к воротам – умрёт первым!

Арбалетчики хладнокровно положили в пазы новые стрелы и прицелились.

– Назад! Назад! – завопил Рубертун, отбегая шагов на десять.

Впрочем, люди сами отхлынули от ворот, и некоторые даже уронили дубинки и жерди, а Эдвард спрятался за спину Ленарда Рубертуна.

– Ты что-то стал слишком смелым, Малькольм! – крикнул Румьер Рубертун, немного придя в себя.

Вот именно, слишком смелым. Я выразительно посмотрела на своего управляющего, но он глядел в бойницу, словно бы и позабыв обо мне. А я – хозяйка, между прочим.

– Мы действуем по приказу сэра Мюфла! – заявил Малькольм. – И откроем ворота только лишь по его распоряжению.

Получите объяснение! Я не знала – сердиться или радоваться, что сэр рыцарь сумел так вышколить моих людей.

– В Сегюре хозяйка леди, а не сэр! – подал голос Эдвард.

Я чуть не крикнула ему: помолчи, за умного сойдёшь!

Но Малькольм уже ответил:

– Хозяйка – леди Маргарет, – он с заминкой выговорил моё полное имя, но выговорил.