Баран и жемчуг

– Вас поддержали лишь при условии, что вы начнёте осваивать земли и что выберете себе мужа, потому что вести дела с женщиной не станет ни один уважающий себя торговец. Но вы не сделали ни того, ни другого, поэтому…

– Не сделала, потому что ваши теперешние друзья Рубертуны подпилили мост, который был уже достроен! – возмутилась я. – Не говоря уже о том, что они устроили потраву на моих лугах и режут овец под покровом ночи! А то, что я расторгла помолвку с вашим сыном, господин Даниэль, не значит, что я не собираюсь замуж!

– За кого же? – подхватил Дофо.

– А вот это совсем не ваше дело, – ответила я, досадуя на сэра Барана.

Он мог всего-то согласиться! И сейчас я с чистой совестью бы сказала: да, выйду за сэра Мюфла! Вы против? Ну так возразите ему.

Но из-за твердолобости некоторых я не могла такого сказать, как не могла и назвать кандидатуру будущего мужа. Не соглашаться же, в самом деле, на сопляков-Рубертунов.

– Вы ошибаетесь, леди, – Дофо и не думал отступать.

– Каким образом, господин Даниэль? – поинтересовалась я, лихорадочно соображая, как вести переговоры дальше и что делать, если эти люди, действительно, пойдут на приступ.

– Ваш так называемый опекун, – господин Даниэль повысил голос, чтобы все слышали, – обесчестил мою дочь, и теперь обязан жениться на ней!

– Что?! – не удержалась я, но сразу взяла себя в руки, продолжая говорить холодно и строго. – Что вы такое говорите? Не верю ни одному слову.

– Вам и не надо верить, – огрызнулся Дофо и выдернул откуда-то из толпы Анабель. – Вот, моя дочь призналась в своём позоре! Так, Анабель? Сэр Мюфла обесчестил тебя?"

"Я закусила губу, с содроганием ожидая, что скажет Анабель. Она обычно выглядела очень уверенно, поглядывая на всех сверху вниз, но сейчас вроде бы была смущена – очень на неё не похоже. И в самом деле – скромная девица. Она не поднимала глаз, ничего не сказала, но кивнула, подтверждая слова отца.

Мне показалось, будто мне вогнали арбалетный болт в сердце, выстрелив в упор. Дыхание перехватило, и в груди стало невыносимо больно. Наверное, так больно мне не было с тех пор, как я узнала о смерти отца.

– Когда это произошло? – только и спросила я.

– Позапрошлой ночью, – важно сказал господин Дофо. – Ваш опекун был принят нами с почётом и искренним гостеприимством, провёл ночь под нашей крышей и посмел покуситься на самое драгоценное!..