Бард. Вырезанные Сцены

Раз Ира не соврала, что ее уже ищут и меня посадят на кол, значит хотела, чтобы я ее сломал, продемонстрировал силу и власть, кто я такой, чтобы отказывать даме? Позвать что ли Уну раз ей не нужно стоять на часах? Нет, рано, танго это танец на двоих. — Что ж, продолжим прививать тебе хорошие манеры.

Я не сдерживался, нанося удары со всей силы. Получалось неожиданно хорошо, алые полосы ложились одна под другой на одинаковом расстоянии. Разукрасив спину девушки с обеих сторон, я повернул ее к себе лицом.

— Ты наверное думаешь, что ведешь себя как тигрица.

— Алая полоса пересекла грудь, зацепив сразу оба холмика и левый сосок. Ух, как она задергалась! Да она кончает! Стон через сжатые зубы так возбуждал, я еле сдерживался, чтобы снова не наброситься на нее. — Но нет. Ты всего лишь зебра. Ты недостойна зваться хищницей.

Интересно, она меня вообще меня слышит?

Нанеся дюжину ударов по груди и животу, я спустился ниже, концентрируясь на ногах. Ира явно устала, и не из-за боли или недостатка выносливости, аристократическая порода и тренировки давали о себе знать.

Я заметил как минимум четыре оргазма. Плевать, буду продолжать, пока не подчинится, ли не потеряет сознание.

За очередным шлепком по упругой заднице я не сразу расслышал тихий шепот. Пришлось подойти ближе и картинно подставить ухо к искусанным губам.

— Повтори, — жестко приказал я.

— Один. — Ира избегала смотреть мне в глаза, словно рассчитывала, что я не замечу в них искры покорности. Глупо, пытаться изображать недотрогу, будучи привязанной к кровати без одежды.

— Хорошо, начинаешь понимать свое место. — Вернувшись на позицию, я продолжил учить Бутурлину. Ее страх, непонимание и осознание ласкали душу. Благодаря престиж-классу я точно знал, о чем она думает. Она правда полагала, что сказав один, закончит все. Нет уж, девочка, в начальной школе учат считать до десяти.

После очередного удара по груди Ира наконец поняла, чего я от нее жду.

— Один, ай, два, ммм… Три, ум… Четыре!

Получив желаемое, я неторопливо подошел к тяжело дышащей девушке.

Все ее тело покрывали алые полосы, однако крови не было. Уцелевшие участки кожи блестели из-за выступившего пота. Я поднес к ее губам рукоять плети и с удовлетворением смотрел, как она его быстро поцеловала.

— Кто я? — спросил я, не сомневаясь в ответе.

— Хо… хозяин, — еле слышно прошептала она.

— Я не слышу, — угрожающе произнес я, замахнувшись плетью.

— Мой хозяин! Пожалуйста, хватит, я больше не вынесу! — Она была готова вот-вот расплакаться.