Бард. Вырезанные Сцены

Когда я наконец соизволил наполнить ее своим семенем, она хрипло выдохнула и сползла с меня, устраиваясь под бочком с блаженным выражением лица.

— Следующая, — с улыбкой приказал я, вообще не собираясь сегодня двигаться.

Мир заслонили золотые волосы и ярко сияющие глаза Ментариэль. Зина уступила обычно проигрывающей герцогине самое желанное для любой девушки из моего гарема…

Мы успели закочнить два полных круга, когда в дверь неожиданно постучали. Только что лежавшая без сил Уна вскинулась, как цепной пес, и в мгновение ока перелетела к проходу.

— Госпожа, простите за беспокойство, она говорила, что ей назначено, — Марфа в одном переднике на голое тело (любил я такой наряд горничных, что поделать, но носила она его исключительно вдали от посторонних глаз) отошла в сторону, открывая смущенную Эйприэль. Низенькая светлая эльфийка стояла, опустив голову и пряча глаза. Очевидно, она прекрасно слышала наши стоны и понимала, куда пришла.

— Пусть проходит! — весело воскликнула фея. Учуяв новенькую, она разом воспряла и наполнилась энергией.

Стоило Эйприэль пересечь невидимую черту, как Уна схватила за подмышки и подняла взвизгнувшую девушку в воздух, буквально швырнув ее на кровать. Журналистке открылось зрелище скачущей на мне нигерши с откинутой головой и распахнутым от наслаждения ртом. Отсутствие ошейника и громкие стоны не оставляли сомнений, что ей очень нравилось происходящее, как в общем-то и мне. Не знаю, что творилось у Эйприэль в голове (лень было задействовать инкуба), но светлая быстро сориентировалась, избавившись от одежды и нижнего белья.

Она попыталась залезть на освободившийся член, но Уна с Белкой не пустили ее, заставив гостью ткнуться носом в покрытую соками плоть.

— Нужно заслужить! — безапелляционно заявила фея под смеющимися взглядами других светлых эльфиек.

— Давай, попробуй меня на вкус, — подначила ее Белка. Темная эльфийка никак не могла прийти в себя после нашей прогулки по Броду.

Эйприэль колебалась всего секунду. Смесь ароматов похоти пьянила ее голову и журналистка медленно прошлась языком по расслабленному стволу, слизывая смесь любовных соков четырёх девушек, слюны и моего семени.

— Держите ее, — приказал я. Не только Уну возбуждала возможность попробовать новую девушку. — Марфа, заходи, знаю, что под дверью подслушиваешь.